Звезда

Но все равно – шли.

Демин повернулся, сел на пол, запрокинул голову, и каменная крошка больно впилась в затылок.

– Семен!

– Плохо дело, Паша, – сказал он и прикрыл слезящиеся глаза. – Идут.

Дела и в самом деле шли хуже некуда. От роты, занявшей улицу утром, осталось шестеро – трое рядовых, раненый политрук, сержант и лейтенант. В горячке боя, рассыпавшись по этажам и ведя прицельный огонь, они и не заметили, как остальные отступили. Когда спохватились, – было поздно. Остатки роты отошли назад, к площади, где закрепился пехотный полк, а улицу медленно заполняли фрицы.

Все кто остался в доме, собрались на втором этаже, не решаясь выйти наружу. Если только заметят… Верная смерть.

– Отрежут от наших, – пиши пропало, – сказал Комаров. – Семен, надо уходить.

– Надо, – согласился Демин. – Надо, Паша. Но как?

Он неохотно разлепил глаза, поднял голову и бросил взгляд в дальний угол. Там, на расстеленной шинели, лежал младший лейтенант Бурцев – политрук роты. Шальная пуля попала ему в грудь, скользнула по ребрам, вспорола бок, и ушла.

Легкие не задело, но рана оказалась серьезной, – лейтенант потерял много крови и сейчас лежал без сознания. Семен знал, что с таким раненым далеко не уйти, его придется нести на руках.

– Нет, Семен, – сказал сержант, перехватив взгляд Демина. – Даже не думай. Политрука надо вытащить.

– Знаю, – раздраженно бросил лейтенант. – Знаю!

Он посмотрел на рядовых, пристроившихся у стены. Семенчук и Агарян сидели рядом и тихо разговаривали.

Антипов лежал в сторонке, уткнувшись лицом в скрещение руки, и тихо бормотал. Его потрепанный карабин с треснувшим прикладом валялся рядом, в кирпичной пыли. Лейтенант тихо выругался. Коля Антипов, лучший стрелок роты. Его называли снайпером, хвастались им перед соседними ротами – и бросил оружие! После контузии он стал совсем плох. Два дня назад его задело взрывной волной от гранаты и сильно оглушило. Коля быстро пришел в себя, но скоро начал разговаривать сам с собой, рассказывать о голосах в голове и отвечать невпопад. А теперь, судя по всему, ему стало хуже.

Семен вздохнул. И политрук, и Антипов… если бы не они, можно попробовать уйти по крышам. Или тихо проскользнуть по улице, один за другим, прячась за разбитой бронетехникой. Но лейтенанта надо нести, а Николая вести за руку. Нет, не выйдет. Можно, конечно, в наглую выкатиться из дома, с шумом, с гамом со стрельбой, надеясь на авось. Изобразить цыганочку с выходом. Нахрапом взять, на испуг.