Алая Завеса. Наследие Меркольта

Из полицейского участка он вернулся, когда было уже за полночь, но долгое время не спал. Да и как можно было уснуть, когда ещё днём на Юлиана было совершено покушение?

– Она ещё ничего не знает, – ответил он. – Боюсь представить, что случится, когда она не встретит меня в академии.

Вряд ли Уэствуд понимал Юлиана. Вряд ли вообще кто-то понимал человека, внутри которого в ожесточённой битве сошлись ангел и демон. Попеременно они получали перевес, но до окончательной победы того или иного соперника было ещё очень далеко.

– Любишь её? – спросил Уэствуд, когда они остановились у пешеходного перехода.

– Не знаю, мистер Глесон.

– А я думаю, что любишь. Видел, как ты смотрел на неё осенью и как переживал за неё. Каждой бы такого, как ты.

– Я ведь тогда бросил её, – с грустью в голосе промолвил Юлиан.

– Главное, что в итоге ты вернулся. И не пожалел о своём решении. Сейчас очень сложно встретить действительно чистые и искренние чувства. Всех их заботит… Что-то другое.

– В ваши годы было иначе?

– «В наши годы всё было по-другому», – иронично процитировал Уэствуд.

 – У нашего поколения принято так говорить. Это буквально закон. Нет, Юлиан. Всё было так же. Люди не меняются в зависимости от того, в какое время они родились. Так было всегда и будет впредь.

– Впервые слышу такое, – усмехнулся Юлиан.

– А я впервые такое говорю. До тебя я-то по сути дел с молодёжью и не имел. Смотрел на них настолько поверхностно, насколько это вообще возможно. Ты буквально открыл для меня новый мир.

Юлиан понимал, что Уэствуд льстит ему, но от того было не менее приятно. Он не считал себя одним из лучших представителей своего поколения – скорее, он плёлся ближе к концу. По собственному же мнению.

– Куда мы едем? – перевёл тему Юлиан.

– Мы едем в отель, – ответил Уэствуд. – На улице Фридрихграбен. Он так и называется.

– Фридрихграбен? Но почему в отель? Почему не к нему домой?

– Потому что Густав Забитцер был убит в отеле. Вернее, там он был найден.

Прошлой ночью Уэствуд говорил Юлиану об отеле, но эта информация к утру безвозвратно вылетела из его головы.

– Что он мог делать в отеле? – спросил Юлиан.

– В этом нам и предстоит в первую очередь разобраться.

Уэствуд резко повернул направо, и Юлиан увидел вывеску «Фридрихграбен». Они были уже совсем близко.

– Номер точно принадлежал мэру? – поинтересовался Юлиан.

– Точно, – ответил Уэствуд, свернув на место остановки.