Алая Завеса. Наследие Меркольта

Для чего? Оно грело ему душу и не давало забывать о том, кто он есть на самом деле?

Тогда почему он до сих пор не решился его прочесть? Что за боязнь останавливала его?

Задав себе несколько вопросов, ни на один из них юноша так и не нашёл ответа.

Он даже начинал немного ненавидеть себя за трусость и нерешимость. Когда, если не сейчас, тот самый момент, чтобы открыть его? Не пора ли возвращаться в привычный ритм жизни и двигаться дальше?

«Нет!» – сказал голос внутри Юлиана, и это был не глас рассудка.

Он неловко запихал его обратно в карман и отправился спать.

Близилось утро, и уже через пару часов дед безо всяких прелюдий разбудит его и заберёт на слушание.

Так оно и случилось. Едва начало светать, громко прозвенел будильник, который услышал не только сеньор Раньери, но и сам Юлиан.

Снова, как и в прошлый раз, он понадеялся, что это сон, но верилось в этот раз в это куда меньше. Судя по всему, Юлиан уже начинал привыкать к тому, что всё теперь идёт не так, как хотелось ему.

Едва он натянул на себя брюки и рубашку, как в дверь постучали и худощавый работник отеля принёс классический английский завтрак – яичницу с беконом, колбаску и чай с молоком.

Сеньор Раньери с видом утончённого итальянского аристократа принялся эстетично и медленно поглощать пищу, тогда как Юлиан принципиально всё это ел вилкой, даже не используя ножа.

– Ты не должен опозорить меня, – сказал дед, недоверчиво глядя на своего внука.

– Я не собираюсь никого позорить, я просто расскажу им то, что видел и всё, – ответил Юлиан.

– Всё это может перерасти в кошмар, и его последствия мне долго придётся разгребать. Подтверди то, что Сорвенгер причастен к тройному убийству, взрыву часов и побегу Агнуса Иллиция, и все будут довольны.

Кусок колбаски застрял у Юлиана в горле. Худо-бедно проглотив его, он заявил:

– У тебя не получится говорить за меня.

– Если надо, я смогу, – медленно проговорил дед, но на Юлиана это не произвело никакого впечатления.

– Ты так же, как и все остальные, не хочешь слышать правду.

– Я знаю правду, и ты подтвердишь её! Якоб Сорвенгер, жадный до власти и амбиций мерзавец, попался в ловушку и ничто не должно помешать ему уйти от правосудия. Молтембер умер пятнадцать лет назад, и он не может быть причастен ко всем этим преступлениям. Ты понимаешь это?

– Да, люди умирают и, как правило, не возвращаются обратно.