Алая Завеса. Наследие Меркольта

Похоже, он стеснялся публично демонстрировать эмоции, потому что пытался сохранить образ серьёзного преподавателя, который, к тому же, являлся представителем целой коммуны на слушании.

– Кем бы ни был похититель Экскалибура, он является настоящим гением. Выкрасть его из одного из самых охраняемых объектов Союза Шмельцера… Исключительно поразительно.

– Эти артефакты действительно сожержат в себе столько силы?

– Не думаю, герр Мерлин. Это всего символы единения. Адам Шмельцер был уверен в их святости, и при жизни был одержим их поисками, но у меня касательно этого другие домыслы.

Любопытно знать, что путём геноцида целых народов и пляски на костях младенцев этот человек создал величайшую империю современности, – произнёс мистер Тейлор, встав бок о бок с Юлианом и тоже начав рассматривать грандиозный портрет.

– Историю пишут победители, – ответил юноша, не найдя ничего более внятного.

– Исключительно правильный ответ, герр Мерлин. Главное – не говорить о таких вещах громко.

– Предпочитаю о таких вещах и вовсе молчать, – ответил Юлиан.

Честно говоря, в последнее время он предпочитал молчать абсолютно обо всех вещах.

Но стоило повториться, что сегодняшний день уже стал исключением.

– Мирное небо над головой порой требует отчаянных жертв, – произнёс Лиам Тейлор, мысленно улетая в свои ностальгические времена. – Кому, как не нам, об этом знать?

У Юлиана что-то ёкнуло внутри. Он не видел мистера Тейлора с того самого рокового дня и всё ещё не знал его мнения насчёт всего этого.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил он.

– Что мне тоже очень жаль её, – ответил Тейлор, и наконец кинул взгляд в сторону Юлиана, который подтверждал то, что эти слова не были лестью. – Перед смертью Ривальда Скуэйн сказала мне одну фразу, которую я не могу забыть. Иногда, для того, чтобы выжить, нужно умереть. Это последнее, что она сказала мне, и я не могу выкинуть этих слов из головы.

Надо же. Юлиан, к своему стыду, даже не помнил последних слов, которые она говорила ему.

– И что вы понимаете под этим?

– Не важно, что понимаю я, – ответил мистер Тейлор. – Важно то, что она сама хотела сказать этим. Человек не умирает до тех пор, пока жива память о нём. Мы не должны предаваться унынию, потому что нам ещё предстоит многое сделать, чтобы её жертва не оставалась напрасной.

– Всё кончено, мистер Тейлор, – сказал Юлиан.

Всё кончено не только для Молтембера, Сорвенгера и Иллиция.