Алая Завеса. Наследие Меркольта

Словно не верил, что это действительно Юлиан Мерлин и пытался прочитать правду в его глазах.

– Герр Мерлин, – буркнул он спустя добрых тридцать секунд. – Да, конечно, был предупреждён о вашем приезде. Простите, не думал, что вы нагрянете так поздно.

Похоже, Лиам Тейлор был более чем уверен в согласии Юлиана на поездку.

Он шагнул внутрь помещения. Внутреннее убранство парадной общежития в стиле эпохи Возрождения в единый миг напомнило Юлиану, что он находится в ретро-городе Свайзлаутерне, а не где-то ещё.

– Вещи можете оставить здесь, – кивнул в сторону своей каморки консьерж. – Утром доставлю вам.

Юлиан осмотрел с себя с головы до ног, давая понять старику, что никаких вещей у него с собой нет.

Консьерж всё понял, и принялся метаться по своей каморке.

– Прошу прощения, – сказал он. – Думаю, вам доставят их завтра. Возьмите ваши ключи.

Он положил связку на стол перед Юлианом. Тот медленно взял в свои руки позолоченный ключ с гравировкой «737».

– Комната семьсот тридцать семь, – пояснил консьерж.

На зазеркаленном изнутри лифте Юлиан поднялся на самый последний этаж общежития. Двери открылись, но никого внутри он не увидел. Что, впрочем, совсем не было удивительным, учитывая столь поздний час.

В нос Юлиана ударил запах домашней и тёплой еды. Он сделал шаг ему навстречу. Невольно он осознал, что давно уже испытывает голод, потому что в последний раз Юлиан и Лиам посещали буфет поезда, когда ещё было светло.

Студенческая часть общежития была под стать и внешнему виду, и парадной.

Честно говоря, Юлиан ожидал увидеть совершенно другое, а именно – голые стены, пыль и запах отходов жизнедеятельности. Но, по крайней мере, обёртка у этой конфеты выглядела очень и очень вкусно.

Он прошёл мимо общей кухни, справа от которой находилась большая гостиная, заставленная мягкими креслами и украшенная многочисленными гобеленами и картинами. На потолке, прямо над Юлианом висела огромная люстра с десятком несгорающих свечей, что играли тёплым светом едва ли не по всему коридору.

Следы прошедшего Рождества ещё не исчезли из академии принца Болеслава. И справа, и слева коридор был украшен ёлочными ветвями, оттого запах еды был смешан в равных пропорциях с еловым ароматом.

Так и не встретив ни единой души, Юлиан добрался до конца блока, где и находилась дверь с заветным номером «737».

Он попытался открыть её ключом, однако понял, что это не требуется, потому что дверь была не заперта.