Алая Завеса. Наследие Меркольта

– А он… Говорил что-нибудь обо мне?

– Думаю, у него полно других забот, – ответил Юлиан.

– А уж не влюбилась ли ты? – с улыбкой спросила Пенелопа. – Ты… Так долго смотрела на него в тот вечер.

Хелен явно не понравилось такое предположение Пенелопы.

– Ещё немного, и я тебе вмажу, Пенни, – сказала она. – Такие, как Гарет – наглые и нахальные, мне не по душе. Я люблю, когда мило и тепло.

Юлиан и Пенелопа вместе засмеялись.

– Чего ржёте? – гневно спросила Хелен, скрестив руки на груди. – По-вашему, это смешно? Сами ходите за ручку и обнимаетесь, что аж тошно, а мне нельзя? Я переживаю, что это Гарет влюбился в меня.

Знаете ли, трудно устоять перед моей харизмой, вот и не хочу разбивать сердце парню.

Юлиан представил заспанное лицо Гарета, которое видел сегодня утром, и оно вряд ли говорило о том, что у его хозяина разбито сердце.

– Я могу спросить у него, – сказал Юлиан.

Хелен запнулась перед тем, как ляпнуть очередную глупость.

– Спросить о том, нравлюсь ли я ему? – сделала удивлённый вид она.

 – Боже, это совсем ни к чему, Юлиан. Мне это… Не нужно.

Пенелопа с трудом сдерживала смех. Похоже, она знала свою подругу лучше, чем кто-либо другой, поэтому фальшь в её голосе чувствовала за милю.

– Как хочешь, – улыбнулся Юлиан.

Хелен помахала Пенелопе и Юлиану рукой и скрылась в толпе студентов, блуждающих по коридору. Строить предположения о том, куда именно она пошла, не имело смысла, потому что любимым местом в корпусе факультета у Хелен был буфет.

– Не делай так больше, – сказала Пенелопа, когда исчезли последние следы пребывания Хелен.

 – Я имею виду – не пропадай так внезапно и не впутывайся в неприятности. Хотя…Уверена, тебе до меня это уже сто раз говорили.

– Тебе не показалось, что в «Грауге» за нами следили? – еле слышно спросил Юлиан.

– О, нет. Я паранойей не страдаю. И тебе не советую.

– Но я видел его так же ясно, как сейчас вижу тебя. Не мог же я напиться так сильно, чтобы мне начало казаться? Человек, как две капли воды похожий на меня, нагло смотрел на наш стол, а едва я заметил его, как он скрылся.

– На улице темно было.

– Не удивлён, что ты мне не веришь. Никто же никогда не верил. Ни осенью, ни сейчас. Как ты объяснишь то, что он привёл меня как раз к Гансу Сорвенгеру? Невероятное совпадение?

– Да, Юлиан, – опустила голову Пенелопа. – Это просто невероятное совпадение.

В последнее время Юлиан всё чаще и чаще убеждался в том, что нет никакого смысла кому-то что-то доказывать здесь.