Волшебницы электронного города. (БСТМ)

Ну, как говорится, не пуха ни пера.

– К черту, – ответила Лена.

На душе было муторно, хоть вешайся.

На следующий день она пошла на встречу с агентом Сайруса.

Центральный парк Нью-Йорка чем-то неуловимо напоминал Лене Булонский лес: та же беззаботная атмосфера и ощущение остановившегося времени; огромные зеленые лужайки, на которых вольно сидели туристы со всего света, фонтаны, памятники, большое озеро.

Без пятнадцати двенадцать она стояла мосту Гэпстоу – пожалуй, самом живописном мосту в Штатах.

Людей в этом уголке парка было немного, когда она шла сюда, навстречу попадались лишь редкие влюбленные парочки. Дождь, достававший Лену с момента прибытия в город, закончился, проглянуло солнце.

«Интересно, как выглядит агент Сайруса? – задавалась вопросом Лена, – он ведь ничего не сказал, я даже не знаю, мужчина это или женщина».

– Джоанна Палмер? – раздался женский голос у нее за спиной. Лена вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла девушка: невысокого роста, черные волосы, чуть раскосые глаза.

В предках у нее явно были китайцы или корейцы.

– Да, это я.

– Меня прислал Сайрус. Я буду обеспечивать вашу безопасность во время операции.

– Как вас зовут? – спросила Лена.

Она ещё не оправилась от удивления. Почему-то она думала, что агентом будет мужчина, но не как не молодая девушка, да еще китаянка.

– Меня зовут Юта, – ответила девушка.

– Редкое имя.

– Мой отец был мормоном.

– Пойдемте, не будем терять времени, нам нужно многое обсудить, – резко сказала она.

Они сидели в Сохо – одном из самых престижных районов Нью-Йорка за столиком в кафе. Со стороны их можно было бы принять за подружек, проводящих время в праздной болтовне за чашечкой кофе, если бы не чересчур напряженные взгляды.

– Сегодня вам нужно будет переехать в отель «Плаза», это недалеко от Таймз Сквера, между сорок восьмой и сорок девятой улицей, – тоном, не допускающим возражений, сказала Юта. – В отеле заказан номер на двоих.

– Но у меня уже есть отель, – возразила Лена.

– Это не обсуждается, я отвечаю за вашу безопасность головой, и до окончания операции мы будем вместе, – отрезала та.

У Юты была неприятная манера говорить резко и отрывисто. Несмотря на хрупкое телосложение, в ней чувствовалась внутренняя сила: она напоминала скрученную пружину, готовую в любой момент распрямиться, или кобру, приготовившаяся к броску. От новой знакомой веяло холодом и угрозой.