Маршрут 415

В любом случае, мне нужно было ему сказать, что я задержусь.

Военные устроили нам хороший карантин, самый максимальный в сорок пять дней, с регулярной сдачей промежуточных анализов.

Ревела я тогда много, мне даже начали колоть успокоительные. Молодой врач с итальянскими усиками грозился ввести в искусственную кому. А у меня же любовь, семья, дом, свадьба на носу, какой карантин?!

Ответ от Михаила не заставил себя ждать. Он обвинил меня во всех смертных грехах. Писал мне без остановки, обвиняя и унижая. Я уже начала ему верить.

Единственное, что мне мешало обвинить себя, – я не могла в себе сомневаться. В итоге Михаил расстался со мной демонстративно, поделившись видео о том, как собрал свои вещи и уехал.

Мне было тошно и обидно. Уже пошла вторая неделя карантина. Большая белая палата и пустота. В моем доступе было в принципе все, чем я бы могла пользоваться на свободе. Друзья могли посещать с помощью голограмм, были книги, фильмы. Все, что пожелаешь. Было всего два минуса: еда, которую ужали только до полезных продуктов, ну и медицинские процедуры.

Чтобы я не спрыгнула с ума от окружающей меня пустоты, ко мне посылали игровых киборгов. Иногда со мной через карантинное окно разговаривал людской персонал, в том числе и молодой врач с итальянскими усиками. Но когда я оставалась одна, на меня накатывала грусть и обида. Эта сволочь, Михаил не поверил мне и бросил… Бросил меня! И как я сразу в нем не разглядела гнильицо, даже ненавистное мне слово «механик» в его профессии ничего мне не подсказало. Я ведь была с ним честна и ожидала от него того же и поддержки. Мои мечты о семейном счастье разбились одномоментно.

Видимо, зная о моих неприятностях на личном фронте, ко мне стал чаще приходить усатый врач и шутить на разные темы. Как позже выяснилось, его звали Олег. Олегу было около тридцати пяти лет, он не был стар, хотя и рассказывал какие-то древние несмешные анекдоты, но даже это меня спасало и отвлекало от обиды и одиночества.

Может, карантин этот к счастью. Так я не успела расцарапать Мише лицо.

Было еще чувство стыда перед медицинским персоналом: они однозначно подозревали меня в том, чего я не совершала, как и бывший молодой человек. Вирусолог, кстати, заинтересовался моей историей и пообещал изучить анализы. Свое слово он сдержал, и я ему благодарна. Он даже какое-то научное открытие сделал, скинул мне на память свою статью, но до сих пор времени так и не нашлось прочитать. Да и брезгливо читать про себя в роли подопытного.