Господин Доминик

Впереди всей честной компании медленно ковыляла, спотыкаясь, лохматая страшная старуха, волоча за руку совсем маленькую девочку, возможно всего двухгодовалую. Было не вполне ясно, кто кого ведет: старая доходяга ребенка или, наоборот, девочка помогает старухе. Волосы у женщины были запутаны в сплошной грязный колтун и казались не по годам для их хозяйки длинными. Девочка, с загорелой до черноты кожей, смотрела вперед большими глазами, брови ее были постоянно приподняты, и это удивленное выражение маленького лица производило впечатление застывшей маски.

Позади них продвигались двое мужчин, оба неопределенного возраста – этих можно было издали тоже принять за стариков, сутулые и небольшого роста. К ногам одного из бродяг жалась собака, такая же ободранная, как и ее хозяин. Все эти люди были одеты, или лучше сказать завернуты, в невообразимо грязное тряпье, свисавшее лохмотьями до земли. Их тела также были грязными до крайности, и в довершение всем несчастным сильно недоставало зубов, не исключая даже пса. От неожиданности представшего глазам зрелища лошадь едущего впереди де Регара испугалась и сильно дернула в сторону.

– Сеньор, это нищие, – лениво, но с достоинством выступил Томас. – Разрешите, я просто прогоню их, чтобы нам не пришлось объезжать этот шабаш.

Анри предостерегающе поднял указательный перст и сделал знак, означающий, что он сам разберется.

– Убогие странники, – громко обратился он к нищим, – отвечайте мне сейчас: христианской ли вы веры или вы, народ, есть язычники, повстречавшиеся нам на дороге?

– Христиане, все как один христиане, великодушный милорд, – неожиданно громко закаркала старуха.

 – Все как один! – Ее реакция на вопрос Анри была поистине скорой. – Слава королю и славься истинная христианская вера во веки веков! Добрый путь вашему сиятельству и всем вашим благородным спутникам.

– Слава королю! – отозвался Гаспар. Он подъехал ближе. – Томас! Дай им несколько монет, и будем продолжать наш путь, ибо до тех пор наше единство в вере господу и короне не избавит меня от их запаха.

Не станем же здесь долго задерживаться. В путь!

Томас, не слезая с лошади, молча бросил на землю пригоршню медяков. Всегда удивленная девочка быстро собрала их, отдала стоявшему позади мужчине и снова взяла старуху за руку. Старая ведьма в порыве благодарности оскалилась беззубой улыбкой и с поклоном вновь обратилась к рыцарям:

– Да будет поход ваш на север благословенным и счастливым, плодотворным и щедрым, великодушные господа.