Отвергнутые боги. Избранника не существует

Этот сбор обозначал начало торжества праздника. Сам праздник был распланирован и за неделю каждый день до события оглашался глашатаями в нескольких частях города для горожан, чтобы те в свою очередь не препятствовали и не сопротивлялись что-либо сделать для подготовки к празднику, но, как показывает практика, таких ситуаций не случалось. Для горожан праздник означал, что начинается попойка, можно шататься по городу пьяным, приставать на улице к девкам и стража ничего не скажет, только если не переходить границы дозволенного.

К столу, где сидел пьяный ремесленник подошел еще один мужчина, лет тридцати на вид, тоже крепкого телосложения, с длинными, слегка вьющимися волосами, и густой, но небольшой бородой и шрамами от лезвий на лице. Без всякого сомнения этот человек знает, что такое жесткий бой и никогда не побрезгует хорошим сражением.

– Вот же все огорчатся если праздник не состоится, – с пьяной улыбкой произнес мужчина. – Слушай, а может в более дорогое и безлюдное место пойдем, а?! Мы не плохо заработали за последний месяц и пару недель мы можем отлежаться у Лено.

У него не самые просторные комнаты, но точно лучше, чем здесь и, что самое главное, у него там просто шикарные барышни, – с предвкушающим удовольствием и подмигивая своему приятелю, размечтался мужчина.

Но его собеседник все молчал и пристально смотрел на пьяного, рядом сидящего ремесленника, что сидел не двигаясь, лишь пускал слюнявые пузырьки изо рта, и иногда, что-то бормотал на непонятном языке.

Ремесленник был весь взъерошен, а его одежда порвана и грязна. С виду можно подумать, что это страдалец, переживший осаду замка, а не уставший простой пьяница.

– Крейвен, что-то не так? Ты чего уставился на этого идиота? – мужчина со шрамами никак не мог понять, что задумал его приятель.

– Смотри, – Крейвен указал пальцем на синюшность вокруг глаза пьяницы, – он уже пятый раз просыпается, заказывает себе пиво, которое ему, кстати, и не собираются нести, и падает на этот глаз.

В итоге, у него уже образовался фингал.

Крейвен говорил это с таким интересом, с лицом престарелого мудрого профессора, что его другу показалось это чертовски странным. Обоим наемникам никогда не было дела ни до одного пьяницы или неудачника. Они презирали их презирали и никогда не замечали, чтобы лишний раз не тратить на зря свое время.