Рассказы на ночь

Он уже не помнил, как и где уснул.

– Живой? – произнёс чей-то голос.

Мотылёк вскочил и повернулся к незнакомцу. Им оказался воробей. Это первая не стальная птица, которую он увидел, да и вообще первое живое существо, если не считать людей.

– Ты кто? – спросил мотылёк.

Я – Воробей. – ответил незнакомец. – Я думал ты того…

А ты настоящий? – до сих пор не верил своим глазам мотылёк.

Да уж… В мире пластмассовых вещей это редкость, но тебе повезло – я настоящий. И я даже не стану тебя есть, поэтому тебе дважды повезло.

Бабушка рассказывала, что когда-то птицы ели мотыльков и бабочек, но потом их не стало. Никого не стало: ни птиц, ни мотыльков. Может мотыльков не стало, потому что их птицы съели, а может птиц, не стало, потому что мотыльки были плохими, тем не менее....

Воробей продолжал трещать какие-то глупости, а мотылёк всё смотрел на него и радовался.

Да ты наверно голодный? – спохватился воробей и, не дожидаясь ответа, схватил своего нового друга и потащил с собой.

Смотри – это город! – продолжал пернатый – Бабушка рассказывала, что когда-то в нём росли деревья, но мне кажется, она шутит.

Как могут расти деревья в городе? Им же нужен свет, вода, земля… Нее, точно шутит. Тут даже трава никогда не вырастет… Ты хочешь спросить, как я тут живу? Давай, спрашивай уже.

И как ты тут живёшь?

А так и живу. На помойке. У меня ещё сестра есть и бабушка. Сестра болеет постоянно. Бабушка говорит, это из-за плохой экологии и что в лесу нам было бы лучше. Но что такое лес, я не знаю.

Бабушка говорит, что он где-то далеко-далеко за городом, но я ей не верю. Ты хоть раз видел конец города? И я нет…

Всю дорогу воробей рассказывал о своей жизни, о городе, о том, что он никогда не видел других птиц и мотыльков…

Наконец, они прилетели на большую свалку. Хотя с высоты весь город казался свалкой, но оказалось, что есть ещё и отдельные. Они приземлились возле ржавой бочки и груды старых ящиков.

– Вот тут я и живу, в этом ящике сплю я, а в том сестра с бабушкой.

Обстановка была безрадостной, кругом шуршали рваные пакеты, пестрили обрывки газет в воздухе пахло гнилью. Уставший мотылёк едва держался на ногах от голода и усталости, хотелось пить. Но едва он наклонился к лужице, чтобы испить воды, как услышал пронзительный крик воробья:

– Стооой! Никогда, слышишь, никогда не пей воду из луж! Это очень опасно!

– Но откуда же мне тогда пить?

– Мы пьём только то, что остаётся от людей в цветных пластмассовых бутылках.