Без образа и подобия

Затем легко поднялась, улыбнулась, белоснежные зубы хищно сверкнули на залитом кровью лице:

– Я полагаю, сейчас вам нужно подкрепить свои силы. Если желаете, можете воспользоваться телами наших врагов. Их плоть безусловно принадлежит вам.

Я уже видел, как кицуне деловито вырезали из тел павших печень и сердце, чтобы съесть их прямо на месте, еще теплыми. Мне же воспитание не позволяло есть разумных существ, так что я предпочел бы какую-нибудь иную пищу. Поэтому знаками показал – нет, предпочту другое мясо.

Откуда кицуне притащили овцу, меня не интересовало. Глупая животина чуяла, что ничего хорошего ей не светит, и отказывалась идти, упиралась, жалобно блеяла. Может, действительно стоило съесть тех же оборотней? В следующий раз так и поступлю. Смешно, но, убивая людей, я не испытывал такого чувства жалости, как сворачивая шею несчастной овце. Не слишком сильного чувства, если честно.

Затем последовала неприятная процедура, во время которой из меня вырезали несколько килограммов дурно пахнущей гниющей плоти.

Избавляться от пораженных частей тела самостоятельно не рискнул: опыта маловато. Пришлось блокировать нервные окончания по всему телу, дабы не вопить во весь голос. О том, чтобы принять человеческий облик, речи не шло: пока не восстановлю структуру тела, менять форму опасно. Значит, около суток придется лежать пластом и поедать все, что попадется под руку. Хорошо еще, что на формирование голосовых связок ушло мало времени, и мне удалось объяснить старейшине, в каком положении оказался. Она призадумалась.

– Ну, думаю, мы можем задержаться на один день. Серебряное Озеро не пришлет других бойцов за короткое время, даже если оборотни сообщат им о поражении. У нас есть возможность нанять грузовой контейнер, но зачем делать что-то сложное, если есть возможность поступить просто?

Кицуне не были навязчивы, хотя их забота ощущалась во всем. Рядом со мной постоянно находилась тарелка с чистой водой, неподалеку крутилась пара младших членов клана, готовых по первому требованию принести кролика или позвать старших.

Раны забинтовали чистой простыней, пропитанной каким-то настоем, регенерация действительно ускорилась.

Прибегала Чистый Родник, выражала свое восхищение.

– Повезло. Вожак слабый, стая маленькая.

– Ну, это для тебя он слабый, – возразила девушка. – Нам бы хватило. Нити будущего, не затронутые твоим влиянием, показывали гибель всего клана.

– Зато твоя бабушка сняла барьер.