Гниль отца Григория

– Сержант! Проводите отца Григория в келью! Выполнять! – Капитан который был приставлен за этим заключенным и со столицы не покидал его, приказным тоном он заставил этих двоих шевелиться и начать движение в сторону выхода. – Больной ублюдок, если бы тебя можно было расстрелять, как в советские времена ты бы не болтал всю эту чушь.

– Чушь, да посмотри в их лица Пронин, это правда с которой им придётся жить до конца жизни и теперь у них есть лик этой правды, мое лицо и голос! – Встав так резко и быстро он обхватил решетки просовывая голову так сильно что его лицо покрылось ссадинами.

 – Я убью тебя легавый, выпушу кишки и станцую на твоих органах.

– Заткнись придурок. – Навидавшийся разного рода маньяков и убийц похуже этого, капитана Пронина так просто было не испугать. Разрядив ему электрошок в промежность и вырубив Шматько он сел на стул, чтобы перекурить и подумать об увиденном.

Дверь закрылась и оба застыли вопросительно смотря друг на друга. Молодой солдат переведенный в пенитенциарную систему и пятидесятилетний мужчина священник.

Каждому из них напомнили открыв незажившую рану. Данный факт был в их истории, но откуда он мог знать об этом. Мысли проносились локомотивом, вместе с ним и понимание, что данные события были освещены средствами массовых информаций в свое время. Краткосрочная стабилизация психологического состояния вернула их в реальность.

– Идемте? – Матроскин смотрел на батюшку стараясь отодвинуть все сказанное и сослаться на новости.

– Согласен Сереж. – Выдыхая и двигаясь шаткой походкой по коридору они не могли перестать думать об этом человеке и всем том, что он сказал.

Святой отец и конвойный сержант покинули коридор с особо-опасными и направились каждый по свои комнатам. Им необходимо было прийти в себя и осознать, что произошедшее с ними давным-давно, не имеет никакого отношения к этому недочеловеку. Отправление этапа было назначено на после полудня, а значит можно было начать сборы. Иконы и священные писания укладывались в отдельную квадратную сумку, свечи, ладан и кадило было убрано в другой.

Главная книга в нагрудный карман. Остальные вещи он заберет из съёмной квартиры предоставленной администрации тюрьмы. Весь путь у них будет занимать сутки и один час, а сейчас сборы и только сборы, хоть времени еще и было предостаточно, но располагать им следовало более чем рационально. Ждать его никто не будет, а ехать нужно обязательно

Глава 2.