Цена ошибки

Хильда по-русски говорила как Борис по-немецки, то есть почти никак, но зато все время смеялась над попытками Бориса произнести что-то на ее родном языке. И была покрасивее Марты, поменьше ростом, темноволосая, с правильными чертами лица, чем-то напоминала Оксану. Вспомнив Оксану, Борис заторопился на позицию. Доложив капитану о договоренности с немцами, Борис подошел к своей установке, смотря задумчивым взглядом на теодолит. Сзади его тихо окликнул подошедший от своей пусковой Александр Савичев.

– Ну что, Борисыч, ты, говорят, с немками познакомился?

– Хочешь, и тебя познакомлю? Мне это не нужно.

– А ты что, все своей хохлушке письма пишешь? Чем-то она тебя серьезно зацепила…

– Писал и приезжал даже. И на свадьбу тебя пригласить собирался, ждал только, когда комнату получу, а то в общаге сам знаешь, какая семейная жизнь – на тридцать комнат один толчок и одна кухня с умывальником. А теперь не знаю, когда та свадьба будет, и будет ли вообще. А у тебя как в этом плане? – спросил Борис.

– А я и сам не знаю.

Александр действительно не знал. Тогда, когда он собирал по телефону своих сослуживцев в свою комнату на импровизированные проводы в армию, вместе со всеми неожиданно пришла и Леночка. Сидели долго, пели песни, танцевали, а когда все уже заполночь расходились из накуренной комнаты, Леночка неожиданно вызвалась помочь ему с посудой. А потом, когда посуда была вымыта и выставлена на кухне (утром соседи разберут, где чья), он, набравшись смелости от выпитого, обнял Леночку, стоявшую у зеркала.

И удивленно услышал, когда Леночка, уткнувшись лицом ему в грудь, проговорила: «Ну наконец-то решился, чурбан бесчувственный». Утром она ушла, раньше, чем он проснулся, оставив на столе записку со своим адресом и одним словом «напиши». Он написал два письма, одно сразу, еще в Москве, после военкомата, когда они с Борисом коротали время до поезда, не спеша потягивая пиво в «Ладье», в Столешниковом переулке. И второе через неделю, когда, приехав в Кременчуг, вечером сидел в офицерской общаге, отходя после заполошного очередного дня сплошных тренировок с пультом управления. Но ответа не получил ни на одно.

25 октября 1962 года, местное время – 08:00.

Город Уичита, штат Канзас, США. Завод компании «Боинг», сборочный цех

– Везет тебе, Энн! Два таких парня из-за тебя морды друг другу бьют! – завистливо сказала Сьюзанн, подруга Энн, стоя на стремянке и ловко управляясь с паутиной жгутов и проводов.