Девчонки, погоны. Книга III. Обстоятельствам вопреки

 – Можно точно сказать, что служба у лейтенанта началась! Жена Ступки деятельно включилась в построение его блестящей карьеры…

Подойдя ближе к солдатской казарме, Чиж в нерешительности остановилась. Дашку страшила сама мысль о том, что может с нею произойти, если голодная солдатня всей толпой накинется на нее. Все начальство базы тупо напилось и принимало деятельное участие в дикой оргии, и защиты ждать ей было не от кого.

– Новенькая, блин, пришла! – прокукарекал обрадованно тот боец, который, по всей видимости, был дневальным.

– Тащи ее к нам! Проверим, ха, лейтенанта на вшивость! – держал в своей руке кружку с разведенным спиртом, хищно щерился солдатик с сержантскими нашивками.

Вспомнив, как своими командами наводил на них страх и ужас их начальник Шпак, Дашенька набрала воздух в легкие и, делая угрожающе страшные глаза, оглушительно гаркнула:

– Чего, вашу дивизию мать, вытаращились, шнурки, а? А ну, марш… живо… все по койкам, вашу дивизию мать! Я вас всех, ядреный корень, на цугундере сгною! Кому говорю!

Оторопев, бойцы расступились, и Дашка с высоко приподнятой головой проследовала к комнате отдыха, вошла, заперла дверку на замок и облегченно вздохнула.

– Сука! – грохнул кулаком по стенке старослужащий боец. – Придется дуру Тоньку по кругу запустить! Приелась жирная корова, хотелось бы свежатины! Но… на безрыбье и рак живая рыба…

По команде старшего сержанта солдатик-повар быстро метнулся и притащил к ним не сильно-то упирающуюся немолодую бабищу, вольнонаемную повариху Антонину.

– Давай ее к станку! – последовала резкая команда.

Молодые солдатики ловко скинули на пол парочку матрацев и устроили широкое ложе. В несколько пар рук бабу раздели. Она не сопротивлялась, сама охотно поднимала вверх свои руки и все время глуповато хихикала, нарочито трясла баба огромными и поистине необъятными молочными железами.

– Нежнее, мальчики, нежнее! – лыбилась бабища.

– Тонька, живо встала в позу! – шлепнула повариху смачно по ее объемистому заду похотливая солдатская клешня.

Шагнув к матрасам, бабища, кряхтя, опустилась на пол, встала на четвереньки, раздвинула свои колени, сама прогнулась в спине. Огромные буфера расплющились, под тяжестью книзу неприятно свесились крупные жировые складки, на тучных ляжках волнами перекатывался толстенный целлюлит…

Не сомкнув глаз, Даша дождалась утра.