Офицеры. Книга вторая. У края

Душевные страдания и тщетные метания в поисках утраченного смысла жизни. Там, куда они скоро попадут, ничего просто нет, и его истерзанная душа вырвется на свободу…

Неторопливо повернувшись, майор внимательно посмотрел на лежавшего в неглубокой нише лейтенанта. Юноша. И года не прошло, как нацепил тот на погоны офицерские звездочки.

– Ах, Егорушка-Егорушка! – широкая ладонь Рэма коснулась посеревшего лица лейтенанта. – Не смогли мы тебя уберечь…

Стольников умирал. Дрожащая тень приближающейся смерти накрыла его своим прозрачным покровом.

Парень трудно дышал, хрипел, возле уголков его губ пузырилась розоватая пена.

Тяжелые бурые сгустки вырывались из его горла с потоком свистящего воздуха. Все реже и реже…

– Эх, Егорушка! Прости нас… – майор рукавом смахнул слезу.

И он когда-то был лейтенантом. Одиннадцать лет назад после выпуска не в самом лучшем настроении направлялся он к новому месту службы…

Боже, как давно это было…

Больше не вернуть ни за что, никогда…

(Константин Никольский «Боже, как давно это было»)

Глава первая

СВ

1

СВ – случайная величина, случайная встреча, серые волки, спальный вагон, средние волны, смутные времена, сухопутные войска, снайперская винтовка…

Кому и как больше нравится…

Вдоль тенистой аллеи по Пироговской, изящно покачивая на ходу стройными бедрами, отстукивая веселую дробь, продвигалась молоденькая девушка.

На вид ей было не больше восемнадцати, от силы двадцати лет. Короткая джинсовая юбка подчеркивала высоту ног, обутых в безумно дорогие для простого обывателя туфельки на тонких каблучках-шпильках. Живые и умные глаза укрывались за модными очками с фирменной треугольной лейбой.

Миновав по пешеходному переходу оживленный перекресток, молодая особа уверенно зашагала по Штабному переулку вдоль длиннющего каменного забора, на который гипсовой лепниной нанесли, окрасили в красный колер большие пятиконечные звезды.

Пройдя еще метров сто, девушка остановилась возле высоких дверей пятиэтажного старинного здания, привычно легко нажала на кнопку звонка.

Открыли не сразу, пришлось ей звякнуть еще.

– Кому спишь?! – с едва заметным раздражением произнесла дева, завидев в приоткрывшемся небольшом квадратном окошке помятую физиономию часового. – Не спи, замерзнешь…

– Те чё надо, шалава? – угрюмо буркнул парнишка с автоматом за плечом, которого успела прихватить в свои тиски полуденная дрема.