Офицеры. Книга вторая. У края

Небольшая очередь у круглого окошечка, созданная, кстати, исключительно столь же сметливыми их товарищами. Паспорт. Декларация. Три красных десятки. Штамп в декларацию, и у них на руках девяносто шесть марок. Исходя из суммы, соответственно и весь курс обмена двух иностранных валют.

Маленькие автобусы, ничем не похожие ни на что виденное офицерами ранее, ибо простенькие на вид транспортные средства изготовлялись по спецзаказу для военных на шасси ЗИЛ-130, доставили всех на место, прозванное кем-то Пересылкой.

По аналогии с «зоной», что ли, назвал так перевалочный пункт оставшийся в истории безымянным остряк-самоучка. На тюремной пересылке сходились арестантские этапы, где зеки какое-то время отсиживались, перемешивались с другими, сортировались, а потом шли по новым этапам. И здесь, на сборном пункте, собирались все военнослужащие, кто мощным потоком прибывал в ГСВГ – Группу советских войск в Германии.

Пристроив вещи, Сашка смело пошел на разведку и вернулся из глубокого оперативного поиска довольно скоро.

– На меня распоряжение у них есть, – пряча улыбку, доложил он. – В нем указано, чтобы лейтенанта Григорьева А. В. направить прямым ходом в двадцатую танковую армию. Без дополнительных вопросов и каверзных проволочек.

– С вами все ясно. Кто бы еще в том сомневался, – лукаво прищурился Рэм, глядя на него. – Значит, твой отец все пробил. Кстати, Саша, куда он поехал после Академии Генштаба?

– Начальником штаба артиллерийского корпуса в Кияхте, – скромно потупив глаза, ответил Сашка.

Старался, однако, молодой человек особо не афишировать свое генеральское происхождение.

– В тот, что стоит в Забайкалье? – спросил его Рэм. – А твоя мама? Осталась жить в Москве или она вернулась в Запорожье?

Что ей, доктору наук, думалось ему, делать в провинциальном городке одной, без мужа… Конечно же, интеллигентная женщина задержалась в Москве, живет у Ершова, отставного генерала…

– Нет, мама сразу поехала с отцом.

– Да ну? – Рэм удивленно хлопнул ресницами. – Доктор наук, профессор и в степную глушь?

Хотя, пришло к нему понимание, что тут удивительного. Куда иголка, туда и нитка. Все, как у нормальных людей.

– А у нас все сложилось не так, – снова боль на мгновение брызнула из его глаз и, затихая, пропала.