Боги слепнут

В трибе Элия избран в сенат Бенит, и эта женщина рвется работать у новоявленного сенатора. Уж не считает ли она, что подобные должности передаются по наследству? Она что-то болтает о невозможности работать на Элия. Понятно, что невозможно. Если он сгорел вместе с Нисибисом в ядерном пламене.

Крул налил полный стакан ледяной воды из запотевшей бутылки и принялся пить маленькими глотками, испытующе глядя на женщину. Она судорожно сглотнула. Но пить не попросила. Хорошо. Даже очень хорошо.

– У тебя есть желание? – спросил старик.

– Что значит – беспощадное? – Порция быстрым движением мазнула ладонью по виску. Но капли пота тут же выступили вновь.

– Без оглядки на других. И на мнение других.

– Хочу, чтобы мой сын бесплатно учился в риторской школе.

– Это не желание, а мелкотня. – Крул явно был разочарован. – А чего-нибудь другого нет?

Женщина вновь отерла виски – на этот раз платком.

– Допустим, с кем-нибудь поквитаться? Разве это не прекрасно – отомстить за унижения, за бедность, а? К примеру – Элию, за то, что он тебя уволил, – Крул улыбнулся, обнажая редкие зубы.

– Он не увольнял, – поспешно сказала Порция. – Я сама ушла.

– И все же… – Рот Крула растянулся еще шире.

Раньше подземным богам писали подобные просьбы на свинцовых табличках: «…свяжите, обвяжите, помешайте, опрокиньте…» Даже, когда гладиаторы начали исполнять желания на арене, такие таблички продолжали изготовлять тайком. Хотя за них можно было на всю жизнь угодить в списки гладиаторских книг и лишиться права исполнения желаний.

– Элий умер, – сказала Порция.

– А если бы он был жив? – Крул чуял добычу и не желал отступать.

– Не знаю. Мне кажется… Да, наверное… он поступил со мной некрасиво.

– Ага, уже теплее… Летиция должна за это ответить. Наверняка она тоже…

– Нет, нет, она не при чем! – горячо запротестовала Порция.

– А еще кому-нибудь тебе хочется отомстить, пожелать всяких бед? Неужели никому?

– Одному человеку…

– Кому? – Крул плотоядно облизнулся.

– Секретарю Тиберию. Он такой подонок. Вот ему бы… – Порция сжала платок в кулаке, будто это была шея старика Тиберия. – Этот старый пердун теперь служит Летиции, а я…

– Так что должно случиться с Тиберием, крошка?

– Чтоб ему переломали ноги, – прошептала она с ненавистью.

– Замечательно! – Крул в восторге потер руки. – Ты меня не разочаровала, детка. Это просто замечательно.