Колдун из Темногорска

Извини, что напоминаю о собственных заслугах.

Признание колдуна произвело гораздо больший эффект, нежели демонстрация силы.

– Ты убил троих колодинцев? – выдохнул Алексей, пораженный.

– Пришлось.

– Зачем ты влез в это дело? – В голосе пленника звучал уже не упрек, а сочувствие.

Роман театральным жестом размотал шарф и тронул свое ожерелье.

– Из-за этой плетенки. Неужели не ясно?

Алексей тихо ахнул:

– Ты тоже уцелел? Кто еще с тобой? Или ты один?

Колдун весь напрягся, ожидая дальнейших слов.

Но Алексей отрицательно покачал головой и проговорил разочарованно:

– Нет, ты другой. Ты не из наших.

– Второго сорта, что ли? – усмехнулся Роман, досадуя, что упустил возможность разжиться хотя бы маленьким кусочком тайны. – Кстати, почему ты не пользуешься ожерельем для изгнания воды? Не умеешь? Ты бы мог этих ребят вырубить, как только они до тебя коснулись.

Алексей ничего не ответил и демонстративно повернулся к своему спасителю спиной.

– Я уже говорил: лучше не лезь в это дело.

– Извини, но я твоему совету не последую, – усмехнулся колдун. – И потом, что-то мне подсказывает, обратной дороги уже нет.

– Роман, поклянись, что Юлу ничего не угрожает.

– Я не опасен. Ни для тебя. Ни для него. Но эти ребята, что тебя пытали, они легко могут узнать, что Юл – твой брат, – напомнил Роман.

– О, Господи! – только и выдавил пленник.

Пожалуй, надо оставить парня в покое. Он только что потерял отца, полдня ублюдки над ним измывались. Упрямцы заслуживают снисхождения.

Роман и сам был из их числа.

– Не вздумай убежать. Я – твоя единственная защита, – предупредил колдун.

«Мы могли бы сделаться друзьями, – думал он, спускаясь по лестнице. – Могли бы…»

Роман вышел и остановился на крыльце, вдыхая влажный осенний воздух. Разговор с Алексеем его встревожил. Дело в самом деле было очень опасное – не надо быть колдуном и повелевать стихиями, чтобы это понять.

Тем временем Варвара у ворот разговаривала с каким-то широкоплечим мужичком в ватнике и драной собачьей шапке.

Роман не сразу признал в стоящем у забора типе Варвариного племяша Матвея, с которым, сколько Роман себя помнил, они враждовали. Сейчас, приметив колдуна, Матвей пониже надвинул шапку и что-то шепнул тетке. Та оглянулась. Племяш надвинул шапку на брови и торопливо зашагал прочь, бормоча невнятное. С некоторых пор понять его можно было с большим трудом.

Варвара заспешила к крыльцу.

– А, Ромочка, – Голос мачехи сделался чисто мед.