Колдун из Темногорска

– Да какая тут помощь… ну что вы… так…

– А я вам тоже помочь решил, – Сторуков глянул через плечо колдуна. – Ведь этот мальчик, что с вами теперь – это сын убитого Стеновского Юл? Так ведь?

– Он сам ко мне обратился, пришел на прием.

– Ну да, да. Только его мать заявление написала. Мол, пропал. А он тут разгуливает. В очень странной компании. Пусть хоть домой позвонит, чтобы мамаша не волновалась и заявление свое забрала. Лады?

– Ну конечно! – с охотой пообещал Роман.

– Надо полагать, вас очень интересует, почему отца этого мальчика убили? Так ведь? – Сторуков не собирался так просто оставлять Романа в покое.

– Ну… – протянул колдун неопределенно. – Меня все на свете интересует. Особенно то, что в Темногорске творится. Я не из равнодушных.

– Знаете, у меня тут кое-какие проблемы, опять же расходы на бензин, ремонт машины. Вы бы могли помочь.

Роман достал бумажник (у Матвея вовремя успел отбить, впрочем и в машине кое-какая сумма припрятана, на всякий случай).

Вынул несколько купюр. Сторуков сгреб их небрежно. Как должное взял.

– Так вот, тут интересный фактик выяснился. В восемьдесят четвертом году ныне покойный Александр Стеновский присутствовал на первом тайном заседании колдовского Синклита, хотя сам никогда ни к белой, ни к черной магии не имел отношения.

– Не знал, что вы интересуетесь историей Синклита, – заметил Роман.

– В Темногорске без этого нельзя, – скромно потупился Сторуков. – Но вы-то сами, Роман Васильевич, как я погляжу, плохо историю своих соратников знаете.

– Я еще мал был в тот год, – сухо отвечал Роман. – На Синклит дед мой ездил.

– Тогда много народу приехало, – кивнул Сторуков. – И среди них некто Иван Кириллович Гамаюнов. Слыхали о таком?

«Ого! – мысленно воскликнул Роман. – Парень-то этот только изображает недотепу».

– Слыхал, – кратко отвечал колдун.

– Этот господин Гамаюнов в одном благотворительном фонде после работал. Что за фонд – не знаю. Но говорят… – Сторуков огляделся.

 – Денежки там были немаленькие. Из-за границы пожертвования шли. В девяносто четвертом фонд закрылся, а господин Гамаюнов исчез, как в воду канул. – Сторуков подмигнул Роману. – Вы, надо полагать, уезжаете.

– Да, к отцу заглянул. Теперь ехать надо. По делам.

– Поторопитесь. В двух кварталах отсюда я видел шикарную тачку. Мне почему-то кажется, что в ней прибыли ваши недрузья. Желаю удачи. – Сторуков демонстративно повернулся к Роману спиной.