Мечта империи

На его уродливом теле пурпурная тога казалась почти издевкой.

– А, это ты, Александр. – Она попыталась улыбнуться, но при этом продолжался хмурить брови, а ноздри ее тонкого носа раздувались в ярости. – Один подонок разозлил меня ужасно. Так что не обращай внимания, если я буду ругаться вслух.

Цезарь смотрел на нее с испугом и восхищением одновременно.

– Пойдем в мастерскую, – продолжала она, наконец сумев изобразить улыбку, и взяла его за руку, не замечая, что лицо юноши залилось краской. – Я закончила твой бюст.

Ты получился необыкновенно похож. Но при этом такой красавчик. Первый красавчик в Риме, с Марсом в глазах!

«Посадить Марса в глаза», – было любимым выражением Манлия.

«Любой урод сделается неотразим, если посадить ему Марса в глаза!» – любил повторять учитель.

– Август будет доволен. – Цезарь следовал за Марцией и смущенно улыбался.

– А ты?

– Боголюбимая Марция… – начал он и задохнулся, не зная, что еще сказать.

Она подвела его к закрытому покрывалом бюсту и, придав лицу торжественное выражение, сделала знак приготовиться.

Цезарь замер, глядя на покрывало. Марция жестом фокусника сдернула ткань. Цезарь увидел своего двойника, лоб и щеки которого отливали голубизной, как и положено отсвечивать благородному афродисийскому мрамору. Бюст получился необыкновенно похож и в то же время красив, лицо дышало благородством.

– О, Марция, ты равна небожителям, – пролепетал юноша.

В ту же минуту что-то внутри каменной головы треснуло, и мрамор медленно, будто нехотя, принялся раскалываться надвое.

Одна половина его осталась на постаменте, а вторая рухнула к ногам Марции. Цезарь отскочил. Лицо его посерело от страха, глаза бессмысленно выпучились. И тут за его спиной распахнулась дверь. Цезарь с визгом забился в угол.

На пороге стоял Котта.

– Ты догнал его? – спросила Марция, уже заранее зная ответ.

Котта отрицательно покачал головой. Тогда Марция схватила молоток и швырнула им в нерадивого прислужника.

Но Котта ожидал вспышки гнева и вовремя скрылся за дверью. Молоток ударил в дверь и выбил узорную решетку. Цезарь испуганно вскрикнул, будто Марция метила в него.

XI

Большая гладиаторская школа возле амфитеатра Флавиев давно уже не принимала новых учеников. В маленьких каморках без окон, освещавшихся лишь через двери, что выходили в окруженный колоннадой двор, теперь при искусственном свете располагались музейные экспонаты.