Тайна Нереиды

– Как ты добр, о, Цезарь! – с издевкой воскликнул Гэл. – Знаешь, я даже постараюсь тебя отблагодарить и на время оставлю тебя в покое. – Гэл похлопал Элия по плечу.

Цезарь невольно передернулся. Гэл вызывал у него неприязнь, почти отвращение.

«А ведь Гэл смотрит на меня точно так же», – подумал Элий.

Но едва гений вышел из павильона, как какой-то человек набросился на него сзади, мгновенно заломил руку и прижал к стене. Гэл попытался вырваться, но куда там! Человек был куда сильнее. Ловкие пальцы обшарили карманы и извлекли на свет пачку купюр, золотое кольцо с печатью и записную книжку Элия.

– Цезарь мне подарил! – выкрикнул Гэл в отчаянии.

– Подарил свою записную книжку? Знаешь, старина Квинт слышал на своем веку много всякой лжи, то такое… А ну, пошли!

И Квинт потащил Гэла к воротам. Гений уже почти не сопротивлялся. Преторианцы, стоявшие на страже, с изумлением смотрели, как новый секретарь Цезаря тащит к ним человека… самого Цезаря? Или…

– Как вы его пропустили? – крикнул Квинт издалека.

– Мы думали, это Цезарь… – отвечал гвардеец.

Квинт выхватил кинжал и рассек Гэлу кожу на предплечье. Гений закричал. Брызнула кровь в ореоле платины.

– В самом деле, гений, – изумился преторианец.

– Но мы же не можем каждый раз набрасываться на Цезаря с мечами и полосовать ему кожу, – возразил второй.

– Точно, Авл! – ухмыльнулся первый.

Квинт схватил Гэла за руку и повернул кисть ладонью вверх.

– Предлагаешь гадать по руке? – поинтересовался Авл.

– У гениев в линиях судьбы и жизни проступает платина.

Разумеется, в крови ее легче обнаружить. И потом, гений лишь притворяется хромым. К тому же голос у него хриплый, как будто простуженный. Так что совсем нетрудно отличить гения от человека. А проще всего… – Квинт сделал эффектную паузу, – спросить у него пароль, который гений не знает.

И Квинт вышвырнул гения за ворота.

– Верно, пароль он нам не назвал, – подтвердили преторианцы. – А мы и не спрашивали.

С видом победителя Квинт вернулся в павильон и выложил перед Элием пачку купюр, кольцо и записную книжку.

– Деньги я дал ему сам, – признался Элий. – Ты зря их отнял.

– Ничего, обойдется!

Элий покачал головой:

– Нет никого страшнее изгоя.

Но Квинта было трудно смутить:

– Ты отдал проходимцу тысячу сестерциев, а мне пожалел заплатить пятьсот за щенка. Но сейчас не о том. У меня срочное сообщение. Секретное донесение «Целия». – Квинт протянул Цезарю бумагу.

Тот развернул сложенный вчетверо листок.