Врата войны

Рузгин прослушал двухмесячный курс офицерской подготовки, и очень этим гордился.

Виктор не стал спорить. Не захотел. Начальствовать – не для него. Он всегда был слишком снисходителен. К себе и к другим. Неподходящая черта для командира.

– Если ты старший, – сказал, пристегивая кобуру, – то уводи людей из мортала. Как можно скорее.

Вновь раздался грохот: недалеко рухнуло еще одно огромное дерево.

– Деревья падают в зоне ловушки, – пояснил Виктор. – Так что дорога для нас впереди закрыта. Здесь мы можем сдохнуть за несколько часов.

– Да я знаю, знаю, – закивал Рузгин, хотя вряд ли он знал что-то о мортале и ловушках.

– Карта есть? – спросил Виктор.

Хотелось сесть на камень и никуда не идти. Не двигаться. Закрыть глаза. Уснуть… Под ложечкой противно сосало. Иногда желудок пронизывала резкая боль. Мортал продолжал высасывать жизнь.

«Надо немедленно что-то съесть. Немедленно».

– Карта есть. – Рузгин достал из кармана планшетку. Из-под крышки сочилась зеленая слизь.

– Выброси! – Виктор вытащил из нагрудного кармана сложенную в несколько раз бумажную карту. Примитивную, условную. Пригодную для игры, а не для выживания. Главный тракт, зоны мортала, красное пятно – это территория «красных», синее – исходная зона противника. Прерывистая линия очерчивает границу боевых действий. Ветхая бумага махрилась, распадалась по сгибам на части.

«Я состарюсь в мортале, явлюсь назад стариком с белой бородой. Аленка не узнает…»

Виктор развернул карту.

– Мы здесь, – Борис неуверенно ткнул пальцем в линию дороги.

Все вокруг закрашено фиолетовым. Мортал. На грани выживания. А впереди – черное пятно. Неизвестность. Видимо, в эту таинственную черную зону и ехал Эдик. Один вопрос – зачем? Даже осенью или весной, когда врата открываются, и весь мортальный лес становится проходимым, в эту зоны стараются не соваться ни «синие», ни «красные». На что рассчитывал Эдик? На чудо? Кретин! Их спасло упавшее дерево.

– Сюда идти ближе. – Обведенный траурной каймой ноготь лейтенанта скользил по ветхой бумаге.

– Ну и что?

– Как что? В плен возьмут.

– Здесь возьмут, за воротами выпустят, – пожал плечами Виктор. – Если повезет, мы встретим патруль эмпэшников. Те сразу направят нас на депортацию.

– Да как ты смеешь… – Рузгин вспылил, но гнев его тут же иссяк.

– Никуда больше мы выйти не сможем. Не успеем.