Гений русского сыска И.Д. Путилин

Путилин стал мастером перевоплощения и получил неоценимый опыт, который неоднократно помогал ему в раскрытии преступлений. Не прошло и года, и молодой полицейский получил первое поощрение от начальства за удачно раскрытое преступление. А карьеру, учитывая его происхождение, отсутствие связей и, мягко говоря, равнодушие к «книжному ученью», этот молодой провинциал сделал головокружительную – в 1866 году, в возрасте тридцати шести лет, Путилин возглавил Управление столичной сыскной полиции и оставался его бессменным начальником почти до самой своей смерти (умер в 1893 году).

Первым громким делом И. Д. Путилина, принесшим ему известность, стало расследование деятельности фальшивомонетчиков братьев Пуговкиных, организовавших настоящую «фабрику» по производству фальшивых ассигнаций в Богородском уезде Московской губернии. Для поимки преступников начальнику сыскной полиции снова пригодилось его умение менять образы. Ивану Дмитриевичу пришлось играть роль диакона, высланного из Москвы на послушание.

В результате его умелых действий фальшивомонетчики были арестованы.

Несмотря на огромную ненависть к людям в погонах и на даваемые им обидные клички «держиморд», Путилина уважал преступный мир. Современники рассказывали, что самых закоренелых злодеев и страшныхубийц Путилин всегда допрашивал в своем кабинете с глазу на глаз, и не было случая, чтобы кто-то хоть раз поднял на него руку или даже оскорбил его словом.

Во время службы Путилина И.

Д. в сыскной полиции не было ни одного серьезного преступления, которое бы не раскрыли. Казне и частным лицам были возвращены огромные суммы денег, изобличены сотни преступников, совершивших различные преступления: мошенничества, грабежи, разбои и убийства. За свое рвение Иван Дмитриевич Путилин был удостоен многочисленных наград: орденов и медалей Российской империи.

4 мая 1889 года в чине тайного советника (генерал-лейтенанта) вышел в отставку и поселился в своей усадьбе на реке Волхов.

В ноябре 1893 года, у себя в деревне, Иван Дмитриевич умер «от инфлюэнции, осложненной острым отеком легких». Тут-то и открылась еще одна неожиданная сторона его жизни: знаменитый сыщик, оказывается, был беден. Никакого состояния после себя не оставил, только долги. Многолетняя служба на такой должности, где деньги сами липнут к рукам, не принесла ему ничего, кроме небольшого поместья, которое было заложено-перезаложено.