Путилин и Петербургский Джек-потрошитель

 – Воображаю, как хохочет он теперь!..

Доставленный немедленно в сыскную полицию (под строжайшим секретом) виновник всей кутерьмы – гроб с двойным дном – был тщательно исследован.

В то время как мой друг обшаривал пространство, находящееся между первым дном и вторым-потайным, я услышал его подавленно-радостный крик:

– Ага! Хоть что-нибудь, хоть что-нибудь найдено…

– В чем дело? – спросил я, удивленный.

– Смотри!

Путилин держал в руке огромный изумруд.

Этот драгоценный камень был необычайной величины и красоты, принадлежащий к породе редчайших кабошонов – изумрудов.

Внутри его – по странной игре природы – совершенно ясно виднелся крест.

Не успели мы как следует осмотреть его, как вошел курьер и подал Путилину депешу:

«Спешу предупредить Вас, мой гениальный друг, что я вчера преблагополучно прибыл в Петербург. Весь – в Вашем распоряжении и к Вашим услугам.

Домбровский».

– Это уж чересчур! – вырвалось у меня.

– Начинается вторая стадия борьбы… – усмехнулся Путилин.

– Ты свободен? – после десятиминутного раздумья спросил меня Путилин.

– Совершенно.

– Поедем, если хочешь, вместе. В одном месте ты меня подождешь, в другое – мы войдем вместе.

Наша карета остановилась около роскошного барского особняка на аристократической С-й улице.

Путилин скрылся в подъезде.

Теперь для планомерности рассказа о знаменитых похождениях моего друга я вам воспроизведу ту сцену, о которой позже рассказывал мне он.

Путилин поднялся по дивной лестнице в бельэтаж.

Дверь подъезда распахнул ливрейный швейцар, а дверь квартиры – лакей в безукоризненном фраке.

– Графиня дома? – спросил Путилин.

– Их сиятельство дома-с…

Через минуту Путилин был принят графиней.

– Скажите, графиня, это ваш изумруд? – показывая ей замечательный кабошон, спросил он.

Крик радости вырвался из груди графини:

– Мой, мой! Боже, господин Путилин, стало быть, вы нашли мои драгоценности?!

– Увы, графиня, пока еще я не нашел ни драгоценностей, ни их похитителя.

Но кто знает, может быть, скоро мне это удастся. Я к вам с просьбой.

– В чем дело?

– Разрешите мне от вашего имени сделать газетные публикации приблизительно такого рода: «Графиня Одинцова сим объявляет, что тот, кто разыщет и доставит ей похищенный в числе многих ее драгоценностей крупный изумруд, в коем виднеется крест, и составляющий фамильную редкость, переходящую из рода в род Одинцовых, – получит в награду сто тысяч рублей».