Хроники планеты монстров

Я не биолог.

– Но вы их видели?

– О, да, к сожалению, – на красивом лице Анны появилась гримаса отвращения. И, надеюсь, больше никогда не увидеть.

От продолжения беседы меня отвлек Финн.

– Макс, вставай, пойдем, нужно нам собраться и обсудить ситуацию.

– Анна, с Вами было очень приятно побеседовать, – сказал я девушке, привстав, – надеюсь, что в следующий раз мы продолжим ее?

– Обязательно, – улыбнулась девушка, поднимаясь со стула.

– Вы, французы, неисправимы, – прокомментировал Финн, провожая ее взглядом.

Через пятнадцать минут, предварительно зайдя к себе в отсек, я оказался у комнаты командира. Пришел я вторым после Бориса и примостился на кровати. Финн сидел на табуретке, а Леонов рядом с ним на стуле. Вид у них был, как у заговорщиков. Говорил русский астронавт, но при моём появлении он прервался.

– Я думаю, надо ввести Макса в курс твоей теории, – сказал командир биологу.

– Какой такой теории? – спросил я, оглядывая коллег.

– Борис считает, что мы никуда не улетели и находимся на Земле, – продолжил Джон.

– Как интересно, – заметил я, глядя на сморщившегося биолога, – и чем же он аргументирует это?

– Да ты посмотри вокруг, разве это похоже на космическую базу? – затараторил Леонов. А эта легенда про новые двигатели! Всё шито белыми нитками, как говорят у нас. Только наивная азиатка может купиться на такую чушь.

Очевидно, он имел в виду Джи Чен.

– Мне кажется, всё логично, – заметил я, заступаясь за нашего астрофизика.

– Ему кажется! – биолог всплеснул руками, его запавшие глаза нервно перебегали с меня на Финна и обратно. Я точно вам говорю, над нами ставят эксперимент. Как, помните, был полёт на Марс? Ну, когда всех на Земле заперли?

– Но они же знали, что это инсценировка, – вступил в разговор командир.

– Вот! Правильно, – быстро прервал его Леонов. Они знали, а мы не знаем. Почему? Нам нужно найти ответ на этот вопрос. Почему над нами проводят этот эксперимент?

– Мне кажется, что ты просто спятил, – сказал я ему напрямик.

Леонов замолчал и посмотрел на нас. На лице командира читалось сомнение и жалость. Было видно, что он полностью со мной согласен. Русский просто взвился.

– Мне лучше знать! Я врач и биолог, а не вы! А это что такое по-вашему? – спросил он, подняв руку.

– Это правая рука, – ответила Лиза, входя в кубрик.

– Нет, – после торжественной паузы сказал Борис.