Похитители жизней

В раздумьях он поднял голову. Но и редкие окна были очень узкими.

– Мы потеряем много людей, – высказал его же мысли Иглон. Предлагаю, подождать и они сами умрут с голода или начнут есть друг друга. Я слышал о таких случаях на море.

– Нет, – ответил Сорпан, -это долго, собирайте дрова.

– Но Храм не сгорит, он из камня.

– Этого и не нужно, задохнуться они быстрее, чем умрут от голода.

Через пару часов здание было обложено обломками лотков, мебели и даже домов. С улицы окна, больше похожие на бойницы, казались темным.

Было не ясно, наблюдают за ними или нет. Но Сорпан был уверен, что наблюдают. На случай внезапной атаки, он приготовил засаду.

Но атаки не последовало. Пламя разгоралось медленно, но верно. Скоро полыхало всё. Черный дым заволок Храм от посторонних глаз. Никто так и не появился. К вечеру угли догорели и кассины, выставив вперед копья, осторожно вошли в Храм, опасаясь ловушек.

Но ловушек не было, последние леранские легионеры и их командиры из солнечных, предпочли смерть от удушья.

Фареллион опознал одного из убийц Амалана, старшего брата Сорпана.

Сорпан, щурясь, вышел на свет. Месть не принесла облегчения. Он пошел искать Иглона, который в это время пытал пойманных легионеров.

– Что ты выяснил? – спросил царь пирата.

– Много интересного, – ответил пират. Хотя они не долго упрямились, – разочаровано добавил он.

– Не тяни.

– Два легиона находятся в Глондаре, это остров.

– Я знаю. Они были отправлены на завоевание острова.

– Они не смогли его завоевать, до сих пор воюют с местным царём Кирчем, который избегает прямых сражений.

– Мы можем с ним объединится, – заметил Сорпан.

– Да, но есть одна проблема.

– Какая же?

– Есть еще один легион, – вздохнул Иглон. На западной границе. Получается, что у нас четыре легиона против трех. Преимущество есть, но оно не большое. А они находятся на своей территории.

– Нет, не на своей. Ты же сам сказал, что два легиона в Глондаре. Вот мы и займемся ими. Мне нужно как-то связаться с этим царём, как ты сказал, Кичер?

– Нет, Кирч, – задумался пират.

В это время к юному царю подошёл Фареллион.

– Сорпан, – позвал царя Фареллион, опустив глаза.

– Что? – обернулся мальчик.

– Твоя мать, – продолжил Фареллион, – она умерла.

– Не может! Не верю! Как? Она же была здорова, – не поверил Сорпан, он помотал головой.

– Стрела. Её убили стрелой со стены.

– Нет. Нет. Где она?!

– У ворот.

– Коня мне, – приказал юный царь, безумно озираясь.