Принцесса без принца

Получив разрешение, они вошли в большую богато украшенную лепниной комнату. В дальнем конце комнаты, у окна, выходившего на гавань, стоял мраморный стол, за которым сидел человек и перебирал бумаги. Он поднял голову и Верниан узнал Валлиана, только теперь глава лоттских купцов больше не был обрюзгшим старцем. На плотника смотрело молодое лицо двадцатипятилетнего мужчины.

– Можете быть свободны, – распорядился Валлиан и снова занялся бумагами.

Гвардейцы прислонили пленника к стене и вышли. Верниан, с которым пока ничего не произошло, стал приходить в себя.

Он осмотрелся и не увидел по углам комнаты ни гниющих трупов, ни обглоданных костей. Может людоедов нет? Может это всё слухи. Хорошо бы, чтобы это были слухи. Так начал думать плотник в тот момент, когда Валиан вздохнул и отложил бумаги.

Он поднял ясный взгляд на Верниана, казалось, только что заметив присутствие постороннего в комнате. Затем бывший глава гильдии встал, и пленник увидел, как мощные мышцы перекатываются на теле Валиана под легкой туникой.

Валиан пружинистым шагом направился к Верниану и остановился в полушаге напротив. Его взгляд встретился с глазами плотника. Верниан посмотрел в абсолютно пустые, не выражающие ни одной мысли глаза хищника. Такого взгляда не могло быть у человека. И тогда все надежды умерли в портовом плотнике.

Хищник в образе человека медленно поднял руку и из налокотника выскочили два лезвия. Верниан не успел и глазом моргнуть, как они вошли в его тело. Вошли легко, практически без боли, боль пришла потом.

Казалось, нутро Верниана выжигают изнутри. От внезапной болевой волны его тело выгнулось, а глаза полезли из орбит. Рука Валиана метнулась вперед и сжала его горло, не давая дышать и прижав тело к стене. Верниан физически почувствовал, как жизнь уходит из тела, как сжимается внутри него жизненная сила, раздираемая мучениями. Руки и ноги стали терять чувствительность. Угасающее сознание пленника растворилось в агонии, тело затряслось.

Валиан выдернул лезвия, и труп упал к его ногам.

6. Скарт

Скарт полулежал в постели под одеялом. В комнате было сильно натоплено, но старым костям однорукого помощника императора было всё равно холодно. Последнее время он почти не вставал. Иногда слуги выводили его в сад, но он сильно уставал. Однажды подхватил простуду и долго лежал не в силах пошевелиться. Он понимал, что его век уже прошёл. И чаще уже вспоминал прежние времена, а не думал о текущих проблемах.