Переговорщик

Тебя как зовут?

– Дина. А вы кто?

– А чего так официально – «вы»? Можно и на «ты», я не ругаюсь. Я Михаил, можно без отчества.

Дверь открылась, и в комнату неторопливо вошла… нет, даже вплыла тётка невероятных размеров. Толстая, невысокая, тем не менее, она двигалась вполне шустро, неся в руках швабру и ведро…

– Тёть Насть, тут вот, около кровати, тёть Насть! – засуетилась Дина, отодвигая прикроватную тумбочку.

– Напьются, вот и блюют потом, как лекарство им дадут… – вполне миролюбиво заворчала тётя Настя, неторопливо и легко сдвигая мою кровать вместе со мной в сторону.

 – А хорошие люди даже лечь не могут лечиться, потому что вот такие вот все места заняли…

– Мне уйти? – негромко спросил я, наблюдая, как уборщица быстро вытирает за мной.

– Зачем? – отозвалась она, шумно выжимая тряпку.

– Ну, чтобы место не занимать.

– Лежи уже, уходильщик… – проворчала тетка, продолжая наводить чистоту. – Я не про тебя. Вон, в соседней палате, лежат трое. Понапились где-то, да и привезли их сюда, чтобы лечить.

От чего лечить – ума не приложу, здоровые кабаны такие. Так вот сегодня уже третий раз у них полы мою. Все мимо тазика, алкаши чертовы…

– Тёть Насть, ну что ты такое говоришь? – растерянно и чуть укоризненно сказала Дина, помогая сдвинуть кровать обратно. – Людям, может, плохо, а ты ругаешься…

– Молчала б уже, защитница, – прикрикнула на нее уборщица. – Нечего выпивох защищать!

– Девушки… – охнул я, хватаясь за голову. – А не помолчали б вы обе, а? Сил нет, голова болит…

Они замолчали.

Тётка Настя, быстро выжала тряпку, повесила ее на край ведра. Потом присела на краешек кровати, опасно прогнув ее, и спросила, поджав губы:

– И где ж ты так-то, а? Вон как морда-то распухла. И шея вся замотана.

Я пощупал. И вправду, на шее лежал толстый марлевый бандаж. Странно, как я его не заметил?

– Подрался или чего?

– Можно и так сказать… – откликнулся я. – Спасибо, тёть Насть. Я не хотел, а оно вон как…

– Да ладно, – весело отмахнулась она.

 – Бывает и хуже. Не болей, сынок. Всё будет хорошо.

– Не буду.

Она встала, подхватила все причиндалы и так же величественно и неторопливо поплыла к двери.

– Она хорошая, – сказала Дина, когда дверь захлопнулась. – Только ругается иногда. Вам что-нибудь надо?

– Тебе.

– Мне?

– Не выкай мне, ладно?

– Тебе что-нибудь надо?

– Нет. Я спать хочу.

– Хорошо.

Негромко захлопнулась дверь.