Съём. Повесть о недолюбленном мальчике

Я все это время обдумывал, какую нужно дать информацию тридцатилетнему человеку, чтобы он вмиг научился находить с женщинами общий язык. Вернее, не общий язык, а рычаг управления ими, ведь «общее решение» и «равноправные отношения» в контексте отношений с женщинами должны сразу же выбрасываться на помойку. Полумеры годятся только для мыльных сериалов. В остальном – либо ты, либо тебя. Такова игра.

– Слушай, а у тебя намного чище, чем в прошлый раз! – сказала Вика, зайдя в квартиру.

– Просто стал более ответственно относиться к порядку.

– На этой неделе было меньше баб и только, да, Макс? – подмигнув, она начала вешать курточку и направилась ко мне на диван.

– С завтрашнего дня моя квартира грозит стать общежитием, – сказал ей, отпив из бокала.

– Что-то новенькое… Расскажешь?

– Сестра попросила помочь какому-то неудачнику с женщинами. В плане съема.

– Это наподобие курсов пикапа? – закурив сигарету, спросила она.

– Вроде того. Не понимаю, как это будет выглядеть, но, наверное, будет интересно.

– Необычно. А какую цель он преследует: поднять самооценку или понять, что может снимать девушек, и жить, таким образом, не входя в отношения? Кто он вообще?

– Какой-то клерк из Краснодара. Мне Марина рассказывала давно о нем, что он замкнутый, но, как она любит выражаться: «очень продуктивный человек». О цели его я не знаю. Думаю, что ему в принципе тяжело знакомиться с девушками, если он всего себя отдает работе и тем самым закапывается в ней.

– Ну что, учитель, давай выпьем тогда за баланс во всем! – она стукнула свой бокал об мой и, поцеловав в щечку, сделала глоток.

В этом поцелуе я не желал видеть ничего, кроме дружеского жеста. Но в глубине души понимал, что дружбой здесь не пахнет. По крайней мере, с ее стороны.

Мы просидели за разговорами до поздней ночи, после чего она, изрядно опьяневшая, принялась неуклюже убирать квартиру. Пока я говорил, она убирала и слушала мои умозаключения касаемо зубрил по жизни и их неспособности к адаптации в условиях динамичного видоизменения среды как на ментальном, так и на чисто физическом уровне.

Людям, которые привыкли жить по четко сформированным схемам и прозрачным формулярам и к которым, скорее всего, можно было причислить Кирилла, невероятно сложно находиться в среде, где главенствует бессердечность со смекалкой.

Вика слушала меня с блеском в глазах, и, вероятнее всего, именно это привлекало меня в общении с ней.