Прыжок в пустоту

На протяжении всего времени, что мы были рядом, он ни разу не высказал своего мнения, но рано или поздно это должно было произойти, ведь он не чужой для меня человек и имеет на это право. Спустя пару часов он об этом праве вспомнил и, заблокировав телефон, сбивчиво сказал, словно ожидая нехорошей реакции в ответ:

– Я считаю, что ты сделал неправильно.

– Что именно из всего того, что я сделал, я сделал неправильно, Володя? – спросил его, ожидая в ответ больше конструктива.

– То, что ушел из семьи, – достаточно раздраженно ответил он.

 – Ты считаешь, что найдешь девушку лучше, чем женщина, которая родила от тебя ребенка? О сыне бы подумал.

– Мы с ней разные, и нам лучше строить семьи такими, какими мы хотим их видеть. А Даниил после нашего развода не перестанет быть моим ребенком.

– Я думаю, что тебе стоит вернуться назад. Каждая последующая девушка будет только хуже – это закон. Вы выстраивали отношения двенадцать лет, чтобы вот так просто их разрушить?

– Мне этот шаг не просто дался, так что не стоит думать, что я тут такой взял и ушел.

Всем тяжело, но, перетерпев, мы выйдем на другой уровень. Я долго думал об этом поступке, и тот момент был лучшим моментом для принятия решения.

– Сколько времени ты думал об этом? – спросил он.

– Года четыре точно.

– Четыре?! Для чего тогда вы делали ребенка? Зачем тогда это все ты делал?

– Так вышло.

– Вышло так… я тебя перестаю понимать, ты вроде разумный человек и вот такое исполнил.

– Послушай, ну, я считал, что при появлении ребенка вот эта злоба по отношению ко мне пропадет.

Что все изменится, когда я продолжу тянуть семью.

– Какая еще злоба? – непонимающе посмотрев на меня, спросил он.

Зная насколько Володя твердолобый человек, мне нужно было привести максимально примитивный, но доходчивый пример. Из личной коллекции примеров, собранных за 12 лет, я, кажется, нашел один более-менее подходящий.

– Сахар! – привстав с кровати, я начал историю. – Вот я навожу себе чай, кидаю туда полторы ложки сахара, размешиваю.

Пробую: недостаточно сладкий. Беру ложку и снова набираю сахар. В ответ на это мне начинают предъявлять претензии, что я засунул ложку, которая в чае, в сахарницу. Это при том, что сахар ее вообще не касается – она его не употребляет ни с чем! Еще пример с печеньем в сметане…

– Ладно, я понял, – он перебил меня. – Просто подумай, может, все-таки вернешься.

– Это исключено.

Я взял в руки телефон и обнаружил сообщение от ростовской Ксюши.