Аварийная команда

 – Я кивнул на Банкиршу: – Это с Агатой горбатые хотели потолковать по душам, а от меня, тебя и остальных собирались избавиться. Может быть, в поезде эти уроды просто не в то купе заглянули?

Банкирша отреагировала на мое вопиющее и полностью надуманное обвинение весьма бурно. Обозвав горбунов извращенцами, а меня «по старой дружбе» – всего лишь бессовестным человеком, Агата разгромила мою лживую, но не лишенную логики теорию на корню. Контрдоводы у «терминаторши» были железные. Она крыла тем, что я здесь – единственный, кто заинтересован в избавлении от улик.

А вот Агата и прочие намеревались поступить согласно букве закона и подключить к расследованию этого преступления местные органы правопорядка.

– Не удивлюсь, если выяснится, что вы, Глеб, причастны еще и к крушению поезда! – заявила Банкирша напоследок. Метко и безапелляционно, словно вогнала гвоздь в крышку моего гроба. И никакого тебе спасибо за помощь. Вот и спасай после этого благородных дам из лап извращенцев! Так и чесался язык заявить в ответ: «Не по понятиям ведете себя, милочка, ой, не по понятиям…»

Оскорбительный выпад Банкирши запал в душу не только мне, но и остальным.

Теперь на меня смотрели чуть ли не как на вражеского пособника и виновника постигших нас бед. Даже дядя Пантелей угодил под груз этих сомнений и не мог скрыть свое ко мне подозрительное отношение. Разве что Охрипыч все же поблагодарил меня за то, что я успел вовремя проткнуть его несостоявшегося убийцу копьем. Но и Хриплый выразил мне признательность с оглядкой на остальных – очевидно, беспокоился, что спутники вдруг решат, будто прапорщик надумал вступить в сговор с недобропорядочным гражданином Свекольниковым.

«Да и клал я на всех вас с прибором! – раздраженно подумал я, дистанцировавшись от этого неблагодарного сообщества. – Доберемся до города, и поминайте, как звали. В конце концов, нам с вами детей не крестить. А решите сделать меня козлом отпущения, так это еще постараться надо. Уйду в «несознанку», найму адвоката, и тогда попробуйте припереть Лингвиста к стенке за отсутствием прямых доказательств его вины.

Ишь чего удумали: поезд на меня повесить! Не выгорит!..»

Впрочем, если по совести, то насчет поезда Агата явно была права – к аварии на железной дороге Лингвист имел непосредственное отношение. Я искренне надеялся, что в передней части поврежденного вагона – где бы тот сейчас ни находился – тоже обошлось без жертв, а сам поезд не сошел с рельсов.