Охота

Оставь их на местах, перепрячь, носи с собой… Делай все, что угодно, лишь бы они по-прежнему находились в границах бури.

– Звучит неплохо, – удовлетворенно кивнул Безликий. – Однако что-то подсказывает мне: не все здесь так гладко, как ты расписываешь. В чем подвох?

– Подвох? – «Серый» рассмеялся. – Никакого подвоха! Все по правилам, как в спорте. За два месяца ты хорошо потренировался и вошел в прежнюю форму. Заодно дал понять своим противникам, что им тоже нелишне подкачать мускулы. Так что готовься: со дня на день в городе объявятся действительно крупные хищники.

– Крупнее той хвостатой твари, что охотится за автомобилями? Зачем, скажи на милость, она тебе здесь понадобилась?

– Почему ты думаешь, что я имею отношение к ее появлению?

– А кто же еще? Ты выдернул меня из две тысячи сто девяносто восьмого года, так? Стало быть, тебе также по силам забросить сюда хищника из хрен знает каких доисторических эпох.

– Что ж, логичная теория. Но я пока воздержусь от комментариев, ладно? А тебе советую пойти и заняться теми хищниками, чьи цели и повадки ты знаешь гораздо больше.

Можешь быть уверенным: их стая наверняка уже где-то поблизости…

Глава 3

– До сих пор не возьму в толк, почему журналисты окрестили вас Грязным Иродом, босс, – сказал Бледный, не отрываясь от бинокля, в который он разглядывал раскинувшийся перед нами район Лагуны.

– Не понимаю, что именно тебе непонятно, – отозвался я. – Даже церковный Патриарх, помнится, заявил в телепроповеди, что полковника Родиона Грязнова этим позорным прозвищем нарек сам Господь Бог.

И что теперь мне носить это несмываемое клеймо до самой смерти. Так что все вопросы не ко мне, а к Всевышнему. Раз это была его идея, то пусть он за нее и отвечает.

Я и Бледный затаились под маскировочными накидками на крыше ангара, что стоял на северном краю глаза циклона. Один край этого вытянутого в длину на добрых полкилометра строения терзала буря. Другой находился уже на безветренной территории – погожем островке посреди ревущего песчаного шторма.

Плоская крыша тоже была засыпана долетающим сюда песком. Он успел запорошить и наши накидки, поэтому разглядеть нас здесь было практически невозможно – два мелких песчаных наноса среди множества подобных им кочек…

– Раз так, значит, это не у журналистов, а у Всевышнего проблемы с грамотностью, – рассудил Бледный. – Вообще-то, Грязный Ирод – это ведь, как ее… тавтология.