Пленники Диргана

 – И как только сможешь туда проникнуть, сразу же открой нам эти ворота. Выполняй!.. Хотя погоди-ка минутку!

Как долго Клинкам предстояло торчать в этой дыре, они не ведали. И потому взяли у оруженосца по нескольку запасных пулеметных магазинов на каждого. А слегка полегчавший после этого робот развернулся на месте и бесстрашно покатил обратно к выходу. Туда, где райзеры продолжали рвать зубами на части своего мертвого собрата и где только у одного Бобуса имелся шанс выжить…

Насколько успешно он решал поставленную ему задачу, вильдеры уже не видели.

Но не сомневались: пока Бобус мог шевелить своими гусеницами и электронными извилинами, он не сдастся. Вопрос лишь в том, будет ли в его победе хоть какой-то смысл. Ведь если он провозится слишком долго, вильдеры к тому часу превратятся в ледышки. После чего райзеры без труда доберутся до них и отведают замороженную пищу с той же охотой, с какой они поедали сейчас парное мясо.

– Быстро они его слопали, горгонианский кактус им в задницу, – заметил Грир, указав в сторону выхода, где битва за останки мертвого дракона перешла в вялотекущую грызню, а некоторые райзеры уже заглядывали в тамбур и глумливо демонстрировали людям свои окровавленные пасти.

 – С таким их аппетитом нам придется три четверти их стаи перебить. Чтобы те, кто выживет, нажрались до отвала и наконец-то от нас отстали.

– Похоже, сожрать нас – для них теперь вопрос не голода, а принципа, – буркнул Вертун.

 – Готов поспорить, эти твари гораздо умнее, чем кажутся. Заметьте, что после того, как мы прикончили первого сунувшегося к нам урода, другие больше не горят желанием лезть под пули. Если это не признак интеллекта, то тогда что?

– Да тут и спорить нечего – так оно и есть, – ответил Ржавый, не сводя глаз со входа в тоннель, где то появлялись, то снова исчезали омерзительные морды. – Скажу больше: они не просто ждут, когда мы замерзнем. Сейчас они явно что-то замышляют, и очень скоро мы узнаем, что именно.

– Не хочу, чтобы вы оказались правы, высокий, – покачал головой Вертун. – Однажды на Бельверке я наблюдал, как тамошние гарпии ловят змей. Змеи там ползают лишь по ночам, а днем спят в неглубоких норах. Гарпии же, наоборот, охотятся, только когда светло, а в темноте ничего не видят. Так вот что делают эти птицы – они подбирают палку и тычут ею в нору до тех пор, пока змея не разозлится и не выползет наружу.