Сорвавшийся с цепи

Нарвались в темном переулке на электрошокер, когда шли выяснять, что здесь творится, – ответил комвзвода. – Мы уложили их баиньки в автомастерской напротив бара. Связывать не стали – просто подперли снаружи двери и ворота. Уже скоро они начнут тарабанить и требовать, чтобы их выпустили. Сделайте это и скормите им свою версию событий. Но только когда мы исчезнем.

– Да не вопрос. Протрем им уши за милую душу. Не поверят – их проблема. Но лучше бы им поверить, если хотят, чтобы их грузовики со жратвой спокойно доезжали до Острога.

– Ваши разборки со «святыми» нас не колышут, – напомнил капитан. – А вот расчет за наши услуги беспокоит. Уговор был на половину суммы сейчас, а половину – через неделю, так?

– Культяпый! Отдай стрельбанам бабки. – Чулым подозвал одного из подручных, в руке у которого был большой пакет для мусора, набитый чем-то не слишком тяжелым.

Мизгирь взял у Культяпого пакет и заглянул внутрь. Там лежали перетянутые канцелярскими резинками пачки юаней. В основном десятки и двадцатки, изредка попадались пятидесятки.

Самые ходовые купюры в погорельских борделях и казино.

– Как и обещал, тут ровно половина, – заверил наемника Колька. – Хочешь, пересчитай, но я не Дерюжный. У меня все точно, как в аптеке, без кидалова. Да и разве мне охота, чтобы однажды ночью вы точно так же нагрянули сюда по мою душу? Ну а как только разгребем бардак, сразу получишь остальное бабло. Лады?

– Хорошо, буду ждать звонка, – не стал спорить Мизгирь. Осмотрев несколько пачек, он удостоверился, что все купюры отсортированы по номиналу, прикинул на глазок количество пачек и решил не тратить время на пересчет.

В конце концов, у Чулыма и так в ближайшее время хватит проблем, чтобы он вдобавок к ним портил отношения с наемниками.

– Договорились, – кивнул новоиспеченный бандитский король. – А сейчас извини, нам пора распрощаться – есть срочные дела в городе. Да и вам лучше тут не задерживаться.

– Не будем. И так задержались дольше, чем нужно, – проворчал Мизгирь.

Затем передал деньги Кайзеру, подошел к сооруженным из разбитого стола носилкам, на которые уложили тело Малахая, и сам взялся за одну из ручек.

– Выходим через задний двор, – распорядился он. – Маски не снимать, на свет не высовываться. И следите, чтобы за нами не увязался какой-нибудь любопытный.

– Пускай только увяжется, – ответил Кайзер. – Если не дурак, сам поймет, что сглупил, и отстанет. Ну а если дурак, туда ему и дорога.