Эпоха стального креста

Конструкция его напоминала спаренный «вулкан» с теми же вместительными коробчатыми емкостями под патроны, системой электрической их подачи и вращающимися блоками стволов, правда, калибр был слегка побольше, чем у Шестистволого. Судя по скупой информации («мириад» считался орудием засекреченным) данный агрегат мог выпускать из двух пушек одновременно свыше полутора сотен снарядов за секунду – скорострельность просто бешеная. Только сейчас ощутил я всю серьезность грядущей операции.

Все еще мрачный Михаил прошелся вокруг, поцокал языком, после чего встал напротив «мириада», скрестив руки на груди.

– Ну, что скажешь? – нарушил я ход его мыслей.

– Выстриги волосы из ушей, брат Хенриксон, – буркнул он. – Ты не в курсе: мне только что запретили шевелить мозгами...

– Да такое просто физически невозможно! – усмехнулся я – обиженный русский чем-то напоминал большого ребенка. – Твои мозги давным-давно скрипят автономно от всего остального. Своего рода хроническое заболевание. Если бы Бернард знал об этом, он наверняка бы посочувствовал.

– Нужно мне его сочувствие как архангелу свисток! Но раз уж ты спросил, что я думаю, то я отвечу: поверь моему чутью – впереди нас ждет великое дерьмо! Карлос и Бернард – «старики», а ты для них салага, потому вся грязная и позорная работа ляжет на наш горб. Кончились, Эрик, беззаботные дни, когда твой Одиннадцатый сверкал серебряными доспехами, гоняя всяких мелких выродков. Иуда не головорез, он виноват лишь в том, что позволил сказать Пророку: «Извини, батя, но я задолбался расхлебывать твою кашу и хочу домой!», а того, видите ли, это задело.

Так что все, чем мы теперь занимаемся – чистой воды политика и пророческие амбиции. И забудь теперь о своей незапятнанной репутации. Коли работаешь бок о бок с Мясником, будь готов сам запачкать руки по локоть кровью... Как чувствовал, что рано или поздно что-нибудь этакое с нами случится!

– Однако крепко он тебя зацепил, – я постарался придать голосу соболезнующую интонацию.

– Переживу, – пробурчал Михаил, после чего тяжко вздохнул.

 – Эх, скорее бы в отставку, что ли...

Наш гостеприимный хозяин, епископ Жан-Батист, сделал широкий жест – отдал нам под тактическое совещание свой рабочий кабинет, обставленный на удивление скромно и со вкусом. Брат Вольф расстелил на столе ветхую карту острова Мон-Сен-Мишель, найденную магистром Аврелием в бог весть каких закромах.

Когда я еще находился при отряде Фабио Петрелли, мне довелось побывать там проездом.