Эпоха стального креста

 – Его место там, куда я его определил, и пора бы уже усвоить – я не меняю своих решений! А иначе какой из меня к чертовой матери командир? Я не сестра Услады Духа, чтобы потакать всем подряд! – И, выплеснув накопившиеся эмоции, более миролюбиво добавил: – Я доверяю им подобную работу не потому, что не уважаю, а, наоборот – потому, что они из лучших. Пропустим гранатометчика-диверсанта, Мясник нас самих на котлеты порубит и Циклопу скормит...

– Примерно так я Дмитрию и ответил, – нисколько не придав значения моему негодованию, проговорил Михаил.

Он открыл шкафчик, извлек оттуда пачку травяного чая и сунул в нее нос. – Предупреждаю – заварка кончается! Надо будет позаимствовать на кухне пачку-другую, а то зайдешь к тебе на огонек и угоститься нечем... Кстати, слыхал – Джером пропал?

– В курсе. Он на спецзадании. Сочетает полезное с приятным.

– Значит, это его довольную рожу я засек в окне епископского дома. Решил – почудилось, ан нет! Закадрил какую-нибудь дьяконшу?

– Бери выше.

– Куда уж для него выше? А... О-о-о-о-о! Матерь Божия! Ты серьезно? Да ведь если просечет епископ, Виссарион лично дьякону причиндалы клещами оттяпает!..

Вскипел чайник. Волей-неволей пришлось поддерживать навязанную замкомом процедуру чаепития.

– Как считаешь, какое из моих желаний исполнит Пророк, когда великий Охотник Михаил принесет ему на блюде голову Проклятого Иуды? – Очевидно, этот вопрос и мешал беспокойному русскому уснуть.

– Заметь: живую и говорящую голову. За мертвую, пожалуй, есть шанс потерять и свою, – я отхлебнул ароматного кипятка. – Ну... наверное, запрет тебя на недельку у сестер в личном гареме или подарит позолоченный «АКМ» с бриллиантовой мушкой и прикладом из ценных пород дерева взамен твоей троекратно пережившей срок службы реликвии.

– Не наезжай на «земляка», поклонник маломощных пукалок! Он еще нас с тобой переживет... А гарем Пророка я видел – ничего особенного, обыкновенные грымзы вчерашней свежести.

А, чуть не забыл: на-ка получи, а то нашел себе оруженосца...

Михаил извлек из кармана плаща пять циклоповских гранат, две передал мне, а остальные выстроил на поверхности стола.

– Вот те раз! – я недоуменно посмотрел поверх них в бессовестные глаза своего заместителя. – По-братски, называется! Опять Гюнтера обделил?

– Никого не обделял, – успокоил меня Михаил.