В когтях багряного зверя

Напротив, удивило то, как он вообще протянул так долго без пропитания — иногаза, исчезнувшего после того, как рухнули Столпы и проснулись вулканы.

— Фах-х-хт! Мерсхая супастая тфарь! Орутия х пою! — зашипел и забеспокоился Физз. Но его предупреждение запоздало. На сей раз мы заметили угрозу раньше его, правда, лишь потому, что днем ящер был не таким чутким, как ночью.

Вид у вакта был настолько жалкий, что даже Убби не обрадовался этой встрече. Он с детства мечтал сразиться с псом Вседержителей в честном бою, и хоть мы уже не раз сталкивались с ними, северянину еще не выпадал шанс испытать себя в таком поединке.

И вот, когда удача наконец-то ему улыбнулась, он стоял и взирал на полудохлое чудовище с такой тоской, что даже был не в силах браниться. Мертвые Фреки и Квасир, и те не повергли нашего друга в уныние, а бездушной иностальной твари это удалось. Как Сандаварг намеревался теперь с ней поступить, я понятия не имел, а спросить напрямую не решался. Поэтому спросил обтекаемо:

— Ну и что ты обо всем этом думаешь?

Убби перевел угрюмый взор с пока еще далекого вакта на меня, тяжко вздохнул и задал встречный вопрос:

— А что вы, перевозчики, делаете с больным или охромевшим зверьем, когда натыкаетесь на него в хамаде?

— Добиваем, чтобы не мучилось, — пожав плечами, ответил я.

 — А если зверье полезное, тогда потрошим его и засаливаем впрок мясо.

— Вакта в бочках не засолишь, — глубокомысленно изрек северянин, — но добить его все-таки нужно. Он — достойный враг, мы не раз бились с ним, и я не пройду мимо, глядя, как пес Вседержителей умирает в муках.

Сделай остановку, шкипер, позволь мне нанести ему удар милосердия.

— Позвольте не согласиться с вами насчет бочек, мсье Сандаварг! — возразил высунувшийся из моторного отсека Гуго. Ему тоже не терпелось взглянуть на нашего некогда страшного, а ныне жалкого врага. — Как вы помните, убитый вакт взрывается. Но если раньше его полностью уничтожал черный всполох, то теперь, возможно, после смерти от него останется груда первоклассного металла.

И я буду не прочь покопаться в ней — как знать, сколько ценного добра там отыщется. Если повезет, мы сможем выгодно обменять этот уникальный металл на много чего полезного.

— Вы оба правы. Так и поступим, — поддержал я товарищей, пускай их планы и не совпадали. Впрочем, Убби не стал спорить с Сенатором. Северянин уважал вакта как врага, но в богатой добыче, на какую нацелился Гуго, была и доля северянина, от которой он, естественно, не откажется.