Княжество

И в плане джентльменских правил войны, храты ведут себя очень достойно.

– Если они такие крутые, достойные парни, не проще ли с ними договориться, чем убивать друг друга? – спросил Андрей.

– Пытались мы, – произнес Ульдер.

– Да, – король подошел к столу, – еще перед первой войной мы предлагали хратам пятую часть концессии.

– Но треть хотели они, – продолжил за королем пес. Шерсть на его загривке встала дыбом.

Андрей промолчал. По его мнению разногласия сторон из-за распределения долей добываемого минерала в любом случае не стоили многих тысяч жизней.

Король посмотрел на Князя, но, не дождавшись ответа, продолжил:

– Я знаю, дорогой хозяин, о чём Вы думаете. Пытаетесь сопоставить жизни людей и коммерческую выгоду. Но учтите, что прубий – минерал стратегического значения. Это практически все наши микросхемы, да и многое другое, та же медицина. Поэтому мы просим Вас, Светлый Князь не принимать скоропалительных решений.

– Я обещаю, что серьезно обдумаю ваши слова, господа. И постараюсь дать вам ответ до вашего отбытия.

Ульдер Прантакма отдыхал после обеда в выделенных ему апартаментах, когда к нему зашел король Дештер.

– Расслабляешься, Ульдер, – король обратился к послу на языке торговой федерации. Этот язык знали во всем известном космосе, и использовали его обычно торговые представители. Язык был не богат, зато очень конкретен, что важно для коммерции.

– Что за конспирация, Ваше Величество? – ответил пёс на том же диалекте.

Ульдер зевнул во всю свою зубастую пасть.

– Господин посол, хорошее мясо всегда расслабляет вашу нацию. Наверняка их безопасность слушает нас. Не из плохих побуждений, просто по долгу службы.

– Секретничать, зачем нам? Не обманываем мы ведь ни в чём и никого.

– Но мы должны достигнуть своей цели. Возможно, Князя надо будет как-то подтолкнуть к принятию нужного нам решения.

– Интриги снова нос мой чует.

– На языке торговой федерации, ты как будто стихами говоришь, дорогой друг.

– Язык торговли и любви всегда поэзии подобен.

– Забавно, надо запомнить. Однако мне нужны гарантии, что Князь примет наше предложение.

– Ты Князю объяви, что дочь оставишь здесь, ведь и она не против будет.

– И всё-то ты заметил, – Дештер опустился в кресло.

– Король, мне очень много лет, я дочь твою с пеленок знаю.

– Ты прав посол, стареем, – король вздохнул.

– За дочь боишься ты?

– Не в этом дело.