Бешеный мир

А иначе, сам посуди, с чего бы эти твари называли меня «крысиным волком»?

– Считай, Панкрат Ананас, что я – неправильный чистоплюй, и, так уж и быть, приму твои слова на веру, – кивнул я. – Ну а зовут меня Степан. Степан Иванович Четвертаков, а не Стэнли Квадро, хотя в здешних краях я более известен под своим цирковым псевдонимом. Кстати, тебе тоже не помешает взять кое-что на заметку. А именно: раз уж мы с тобой договорились отправить этих троих на честный суд, я не допущу, чтобы по дороге ты нанес кому-то из них увечья.

Настанет время – увечь их сколько влезет. Но до той поры чтоб ни-ни, о’кей?

– Это будет нелегко, но я попробую, – проворчал Ананас. – Ладно, Иваныч, тащи свои кандалы, а я пока приберу вещички этой гоп-компании. Негоже оставлять здесь столько полезного добра. Я за наградами не гоняюсь, но от трофеев не имею привычки отказываться. Не знаю, как тебя, а меня в тюрьме не обучали питаться одним святым духом…

Глава 5

Как известно, кладбища – не самые удачные площадки для строительства на них чего бы то ни было.

Все это, конечно, обычные суеверия и предрассудки. В каждом крупном городе Земли, особенно в городах с многовековой историей, есть кварталы, стоящие на местах старых захоронений. И что? Да ничего. Проживающие там люди заняты повседневными делами и в большинстве своем понятия не имеют, что буквально ходят по костям сотен или даже тысяч истлевших человеческих тел. Ничего не поделаешь – города неминуемо разрастаются вширь.

И вот уже на тех их окраинах, где прежде располагались кладбища, бьет ключом жизнь: высятся дома, ездят по улицам машины, зеленеют парки, работают фабрики, шумят рынки…

Впрочем, если бы ученые, бурившие четыре с лишним года назад недра под злополучной станцией метро «Трубная», наткнулись на обычное кладбище, вряд ли это так взбудоражило бы планету. Скорее всего, о такой находке сегодня никто и не помнил бы. Но ученым повезло: их открытие наряду с их именами вошло в историю.

Вошло, даже несмотря на то, что вскоре после этого наш мир рухнул в тартарары, и та история – история нашей цивилизации, – возможно, подошла к своему концу. Однако пока в ней не была поставлена финальная точка, мы еще не забыли о том, с чего началась ее финальная глава. И что творилось тогда в Москве и в остальном мире.

Открытие тех бурильщиков произвело фурор не только в научных, но и в других кругах, причем весьма далеких от науки.