Томка, дочь детектива

А вечером на тебя рассчитывать? Я приготовлю рыбу.

– Пока не знаю. Но за Томкой я в любом случае приеду.

Я посмотрел за ее плечо. Дочь уже не проявляла ко мне никакого интереса. Ее вниманием вновь полностью завладел телевизор, переключенный на детский канал.

– У тебя что-то случилось? – спросила мать.

– С чего ты взяла?

– Вид утомленный… и растерянный, я бы сказала.

Матушка, как всегда, попала в «десятку», лишив меня возможности отшутиться.

– Я возьму тебя на полставки к себе, мам. Специалисты по физиогномике мне нужны.

– На зарплате разоришься. Я – хороший специалист по физиогномике. И по всяким другим «гномикам» тоже.

– Не сомневаюсь.

Мы мялись на пороге. Она ждала моих обычных распоряжений насчет дочери, но я и правда выглядел довольно неубедительно. Пора валить, иначе мать схватит меня за пуговицу на пиджаке и заставит колоться.

– Ладно, пойду.

Она изучала меня. Просто вгрызалась глазами. Никогда не мог выдерживать этот взгляд и не могу до сих пор, хотя самому уже почти сорок.

– Пули бандитские не свистят над ухом?

– Ни в коем разе.

– Бандитские кулаки не целятся в нос?

– Насмотрелась дешевых детективов?

– Крупнобюджетных тоже порядочно видела. Иногда не сплю ночами, знаешь ли, хотя из милиции ты давно ушел.

– Такая твоя материнская доля.

Вниз по ступенькам я спустился почти бегом, едва не свалившись на последнем пролете. Тотальное безобразие происходит с моим лицом в последнее время. Я совсем перестал им управлять. Непростительный дефект для старого сыскного пса.

В машине я не успел завести двигатель, как на меня свалился еще один, второй за сегодняшний день, железобетонный сюрприз.

– Антон…

Господи, Петя, когда ж ты перестанешь мямлить!

– Что-то нарыл?

– Да. Игорь Чебышев, 32 года, держит сеть авторемонтных мастерских на северо-западе. Не женат, к уголовной ответственности не привлекался, но проходил свидетелем по делу об угоне (Петя хмыкнул). Еще из личной информации, если это важно, можно отметить, что брат Чебышева, сидевший в тюрьме, умер шесть лет назад.

Я не слушал дальше. Рот мой застыл в открытом положении. В салон автомобиля через окно влетела муха. Она ревела как истребитель. Только бы не залетела в рот.

Скоро я понял, что теряю нить разговора.

– Петя, стоп! – прервал я его унылый монолог. – Когда и как умер его брат?

– Около шести лет назад, в колонии. Что случилось, точно не скажу, но очень похоже на конфликт с ворами.