Томка, дочь детектива

Вскоре из комнаты доносится звон монет, разбросанных ею час назад по полу. Томыч обожает старые монетки и медальоны, может возиться с ними часами, перекладывая из стопки в стопку, оттирая от пыли и жира. В ее коллекции есть все монеты советского периода, включая несколько юбилейных рублей, посвященных государственным праздникам, пара коллекционных серебряных долларов с изображением орла и кучерявой свободолюбивой женщины; есть даже один старинный медальон с изображением креста, переплетенного с буквой «М» (его подарила Марина, а ей самой он достался в наследство от кого-то еще) и целая пригоршня современных гривенников, от которых отказываются в магазинах.

Некоторые раритеты Тамарка постоянно носит в узких джинсах, не желая расставаться с ними ни на минуту, но они все время выпадают из дырявого кармана. У меня никак руки не доходят заштопать дырку.

Судя по звукам, монеты отправляются на ночь в пластмассовую шкатулку. Через мгновение Томка вновь стоит передо мной.

Выражение на лице – как у собачки, ожидающей кусочек печенья. Не хватает виляющего хвостика.

– Все сделала?

– Да!

– Тогда еще одно задание.

Томка кривится:

– Пап, ты меня обманываешь!

– Нет, все честно, я ведь обещал только подумать. Пока я думаю, загадай мне еще одну загадку, и если я ее не отгадаю, так и быть, ляжешь со мной.

Это наша развивающая игра. Недавно Томка нашла нечто привлекательное в загадывании загадок.

С каждым разом получалось все лучше.

– Та-ак, – говорит дочь, прижав указательный пальчик к щеке и задумчиво глядя в потолок, – он гладкий… умеет улыбаться… стучит маленькими зубками, кушает рыбу и немножко похож на акулу, но не акула, потому что добрый. Кто это?

Я делаю вид, что для моего скудного умишка эта задача слишком сложна. Тоже прижал указательный палец к щеке и смотрю в потолок.

– Улыбается, гладкий, с зубами, но добрый.

Даже не знаю… осьминог?

– Неправильно! – искренне радуется дочь моему позорному провалу и удирает в спальню.

– Если хоть раз пнешь меня, унесу на балкон! – кричу вслед.

– Не унесешь, на балконе холодно! Ты тоже добрый!

Я смеюсь, потому что ничем не могу возразить. Она права, я как дельфин – с зубами, но добрый.

Лишь ближе к полуночи Томка засыпает. Я лежу под светильником, читаю новый детектив Питера Джеймса.