Смотритель маяка

Ты сама говорила, что платить приходится за всё. Этот урок я усвоил на отлично. А служить Родине не зазорно. Давно?

Мама Артёма не без усилия стянула с безымянного пальца обручальное кольцо. Бросила потёртый кусок золота в подстаканник. Так отец его точно не пропустит, когда сядет за руль. За считаные минуты из цветущей женщины средних лет она превратилась в старуху, осунувшись и постарев лет на триста. Артём был готов поклясться, что его мать уменьшилась в размерах.

– Давно отец мне изменяет или давно мне об этом известно?

– Вряд ли ты знаешь обе даты, – сказал Артём.

Они приближались к перекрёстку с неработающим светофором по второстепенной дороге. Перед ними образовался затор из нескольких машин. Он напрягся, сжал руль сильнее. От мысли о предстоящем манёвре перед автомобилями, имевшими преимущество, у него похолодели внутренности.

– В начале марта случайно нашла в брюках чек на покупку подарочной карты в магазине нижнего белья. Не шарила в них, а проверяла карманы перед стиркой.

Думаю, он сунул его туда машинально и забыл. Сначала обрадовалась. Только девятого марта до меня дошло, что подарок предназначался не мне.

– Да, учудил отец. – Артём ждал, пока мимо него закончит проноситься вереница едущих перпендикулярно автомобилей, готовый в любую секунду выжать газ.

– Учудил? – удивилась мама. – Он разрушил мою жизнь, Артём. Хотел он этого или нет, а вышло именно так. Ты взрослый, твой отец счастлив. Одна я не при делах. Нашей семьи больше нет.

Стараясь быстро проскочить главную дорогу, он пережал педаль. При наборе скорости двигатель «Весты» взревел, коробка передач истошно загудела. Господи, до чего же ему было страшно. Мама, надо отдать ей должное, не проронила ни слова по поводу энергичного кульбита, продолжив скорбеть по разбитому сердцу.

– У меня не хватит сил начать новую жизнь, – поделилась она с сыном горестными мыслями. – В твоём возрасте это невозможно понять. Привыкнуть к новому мужчине после стольких лет брака стоит большого труда.

Не уверена, что справлюсь. Потратить несколько лет на притирку характеров, ходить на свидания, делать выбор. Ох, как это тяжко. Поверить не могу, что обсуждаю с тобой такие интимные вопросы.

– Я тоже, – сказал Артём. И не соврал. – Ты зря считаешь меня незрелым, мам. Ты всё ещё любишь папу, вот и сомневаешься в своём будущем. Я прав?

– Нет ничего хуже отравленной любви, – пространно заметила женщина.