Боги Иторы

– С каких пор у Игроков появились какие-то «свои люди»? Вы всегда были одиночками, подобно нам.

– Не всегда. Приходят грозные времена, и мы становимся на одну тропу с другими существами Иторы, как со Слабыми, так и с Сильными. Проклятие снова пробудилось. Ты не знал этого?

– Догадывался… что-то на этот раз случится пред ликом Иторы. Чего же ты хочешь? Что ты вообще знаешь о Подарке?

– А тебе непременно нужно всё выспросить?

– Да.

Ксанд пожал плечами, реагировать на подобную бестактность не следовало.

Горцы были народом, настолько далёким от людей, как эти ночные скалы далеки от сверкающей Кзарры.

– Хорошо. Я тебе честно расскажу, что знаю. Но в ответ хочу от вашего народа одну услугу.

– Какую, если не секрет? Золота у нас нет, а горного хрусталя у вас и самих навалом.

– Не смеши меня, зачем Игроку золото? Мне нужен проводник. Пред ликом Иторы снова пробуждается сила, о которой уж мало кто помнит. Если, конечно, она вообще в действительности имеет что-то общее с известным доселе миром.

Подарок исчез, от него не осталось и тени. Я иду к Пику Тирен, где сохранился отпечаток силы Проклятия. А посему мне нужен кто-то, знающий Средину так же, как я – свой собственный карман. Тебе такой известен?

– Хм. Я некогда знал такого… и он из горного народа.

– Я верил в это. Так вот… когда мне окончательно станет ясно, что Источник действительно там, под стенами древней столицы Мёртвого Императора, я буду ждать ответа – мне нужно отыскать то единственное место, что способно проглотить это перерождённое чудовище.

Пускай и вместе со мной. Ты понял меня, горец?

– Да. Понял. Жди меня у стен Пика, я найду тебя сам, что бы ни случилось.

Ксанд пожал плечами, от этих жди чего угодно, отнятая у Богов способность находить Игрока даже по его следам на песке могла быть отдана кому другому. Даже тонкая нить устного договора приводила хранителя к Игроку через всю Средину, теперь этот невидимый горец как будто стал таким его хранителем.

– Хм, а ведь и я теперь тебя сумею почуять за пару дневных переходов.

Никто не ответил. Горец ушёл. Так и не дав ответа на извечный вопрос – кто ты. Ксанд не любил иметь дела с безымянными соглядатаями, но что поделаешь.

Бард неслышной тенью вернулся в лагерь, снова укрылся плащом. Стоило поразмыслить над этой занимательной встречей. Что бы там ни говорилось, горный народ исчезающе редко общался с Пришельцами, как чужаки называли людей.