Лишь тень

Лишь тень

Роман Корнеев

Им были даны тысячи миров, тёплых, богатых, готовых принять их души в свои нежные объятия за так, безвозмездно. Но они приняли за подарок совсем иное, никчёмную безделушку, только и способную, что манить своей недоступностью.Перед вами своеобразный микст между нф-мелодрамой и антиутопией о покорителях космоса, искренней и максимально далёкой от закостенелых жанровых штампов и традиций.Также в книге представлены рассказы из артбуков художника Алекса Андреева «Движение миров» и «Метрономикон».

Лишь тень

Роман Корнеев

© Роман Корнеев, 2023

ISBN 978-5-0056-4314-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Лишь тень

Ещё до изобретения и постройки «Теллура»… мы ушли с Земли, как уходят из жизни умершие… За то, что мы впервые прикоснёмся к невиданным ещё глубинам космоса, мы умерли для Земли на семьсот лет.

И. Ефремов «Сердце Змеи»

– Но ведь цель – не самый полёт, а добыча нового знания, открывание новых миров, из которых когда-нибудь мы сделаем такие же прекрасные миры, как наша Земля.

А вы, Низа, чему вы служите?

И. Ефремов «Туманность Андромеды»

Пачка скомканных листков, пожелтевших от времени. Неровные скачущие строчки, кое-где упирающиеся посреди фразы в зигзаг обрыва. Вместе с тем – ни единого вычеркнутого слова, словно автор считал недостойным исправлять то, что писал. Только вырывать, жестоко, с кровью и мясом.

Текст страшный сам по себе, если же вспомнить руины объекта, в недрах которого мы его обнаружили, то по его прочтении отверзаются поистине чёрные бездны чужого безумия. Безумия, погубившего в итоге целый мир.

Последний Полёт был назначен.

Я не очень отчётливо помню, что чувствовал тогда, выходя из Центра Управления. Это было такое особое настроение… представьте себе, что вам заранее раскрыли тайну поступка, который, буде вы его совершите тогда-то и там-то, увековечит вас на все времена.

Сложно, конечно, подобное представить, но, в общем, так это и было.

Лёгкий ветер тёрся мне в лицо своим влажным носом, а белые пушинки облаков, там и сям разбросанные по небу, рождали во мне такое ощущение свободы, что я позволил себе на минуту выйти из роли сурового звездолётчика и громко рассмеялся. Невероятность произошедшего, по-видимому, переполняла меня, как ни одно чувство до того.