Раскалённые сердца

Раскалённые сердца

Роман Кузьма

Оледеневшая Земля #1

XXIV век. Землю сковали льды. Планету охватили голод, миграция и жестокие войны. Одна из них — с Марсом (колонией Земли, посмевшей бросить вызов метрополии и её объединённым военно-космическим силам) — только что закончилась. Впрочем, есть вещи и пострашнее войны. В чём очень скоро предстоит убедиться второму лейтенанту резерва Виллему ван Хойтену.

Роман Кузьма

Раскалённые сердца

1

Стихли последние крики и стоны, и на окровавленном песке арены остался только победитель — зверь, привезённый откуда-то из дальних южных краёв, чтобы развлечь столичных зрителей, включая самого императора.

Тварь была ростом с африканского слона в холке, могучая, многоногая, покрытая красно-жёлтым, под цвет арены, панцирем, из-под которого просматривались обрезки крыльев, удалённых полгода назад, когда чудовище было совсем маленьким, не больше телёнка. С тех пор луззилагн — так его звали — вырос, поглотив самое меньше несколько сот овец, и был вполне достоин того, чтобы предстать перед взором императора и придворных. Несмотря на то, что в некоторых столичных кварталах нищета шла рука об руку с голодом, такая расточительность, если и вызывала недовольство, то при виде скованного тяжёлыми цепями луззилагна, оно стихало, уступая место благоговейному трепету. Император, смотревший за боем из своей ложи, высокомерно улыбался — он-то знал, что, имея в кармане такой козырь, он всегда сможет запугать зачинщиков мятежа. Даже самые храбрые и гордые из мужчин невольно умолкали и покрывались плёнкой пота при виде того, как луззилагн разбрасывает и рвёт на части своих противников — свирепых восточных варваров, взятых в плен и вооружённых за счёт устроителей празднеств. Если бы они победили, им бы вернули свободу. Пустые надежды! Гигантское существо играючи опрокидывало варваров вместе с лошадьми, а выпущенные ими стрелы и удары копий едва могли пробить хитиновый панцирь, лишь возбуждая в душе луззилагна примитивную ярость. В конце концов, все кочевники, ровно тридцать всадников, были повержены, и луззилагн, противно чавкая, начал закусывать останками одного из врагов. Казалось, он пребывает в полном одиночестве — многотысячная толпа, наполнившая трибуны, умолкла, потрясённая увиденным.