Духи Ориша. Приключения Энё Негьеши

– Вас интересуют мои… изыскания? – Вопрос этот смутил Ортегу – собеседник будто читал его мысли. Он был вынужден согласиться.

– Я с удовольствием разрешил бы вам принять участие в них, однако должен загодя предупредить: даже в случае успеха моих замыслов, весьма маловероятного, я не могу гарантировать вам ни сохранность жизни, ни душевного спокойствия, ни места в раю, если вам случится умереть.

Пребывая в смятении, Ортега замолчал, лихорадочно обдумывая сложившееся положение. Горячая кровь, унаследованная от горделивых идальго, подталкивала его сделать этот шаг, от которого предостерегал и здравый рассудок, и вера в бога.

Наконец, именно последний аргумент и определил исход этого внутреннего конфликта: поцеловав распятие, висевшее на шее, Ортега сжал трубку сотового до боли в пальцах.

– Алло, Хосе, вы всё ещё там?

– Да, я вас слышу, Эрнест, и да сгинут исчадия Ада и порождения Сатаны! – говоря так, он перекрестился.

Венгр коротко, отрывисто рассмеялся.

– На меня это не действует, так как я не отношусь ни к тем, ни к другим, мой друг Хосе. Я просто оказался в достаточно сложной ситуации, в которую вы всё равно не поверите, даже если я вам расскажу. Однако…

Эрнест сделал выжидательную паузу и продолжил заговорщицким тоном:

– Если вас интересует борьба с нечистой силой…

Сомнения Хосе Ортеги разрешились в один момент.

– Да, я согласен! – И он снова перекрестился. Едва ли кто-либо в наше время, в век информационных технологий, столь же решительно, очертя голову, бросался навстречу смертельной опасности, исходящей от необъяснимых и вызывающих ужас сил Тьмы.

Этим жалким глупцом стал Хосе Ортега.

3

Бартоло Фрага проснулся с первыми лучами солнца. Как всегда, светило вырвало его душу из мира сновидений лучше всякого будильника: яркий, золотистый свет, не имеющий ничего общего с мертвенно-бледным свечением электрических ламп, и мягкое тепло сами по себе оживили организм.

Так, в одном ритме с солнцем и луной, живут дикие звери, и местре Мауро приучил своих учеников, лучшим среди которых являлся Бартоло, жить точно так же. Природа сама знает, когда ей проснуться – простая истина этих слов воспринималась не умом, но самим телом Бартоло.

Потянувшись после сна, он прошёл в ванную комнату – крохотное помещение площадью около двух квадратных метров – и принял холодный душ.