Портал

– Все, мясо! Хватит дрыгать ногами! – вскричал вдруг подвыпивший Костик, долговязый интеллектуал из-под Новосибирска, выдающийся лыжник и великий сноб, и неуверенным шагом стал продвигаться к музыкальному центру, держа недопитую бутылку венгерского вермута в руке. Он проживал с Димой в одной комнате, вместе с еще двумя мальчиками – Борей, покладистым и открытым парнем откуда-то из Подмосковья, и самым настоящим иностранцем Карлосом, молодым коммунистом из Португалии – и уже успел достать ребят своим чванливым высокомерием и спесью, которую даже Шаману с трудом удавалось перешибить.

Поколдовав у магнитофона, зазнайка из медвежьего угла зарядил бобину с битлами.

– Теперь классика! – напыщенно и нетрезво заявил Костик, гордо сверкнув очами, и густой спертый воздух комнаты, в которую набилось, наверное, человек двадцать, прорезал пронзительный гитарный аккорд, а за ним приятное многоголосое вступление ливерпульской четверки: «Э тейст ов хани…»

– Потанцуем? – звонким голосом спросила Наташа.

«Тэйстин мач свитер зэн вайн…» – лилось из динамиков. Дима, неуверенно пожав плечами, промолчал.

– Или ты предпочитаешь идти за мной на край света? – девушка неожиданно повторила последнюю мысль сконфузившегося молодого человека, словно прочитала ее, и тут же заразительно рассмеялась.

Дима рассмеялся в ответ, и душа его раскрылась. Так они и стояли, глупо смеясь, ровно минуту и пятьдесят восемь секунд под чудесные звуки знаменитого английского хита, и чувствовали, как в это же самое время рождается тонкая едва уловимая связь, какая только может быть между мужчиной и женщиной.

– Пойдем отсюда, – предложил вдруг Дима.

– Пойдем, – ответила Наташа.

И они снова рассмеялись. Диме стало ясно, что бывают в жизни моменты, когда слова просто не нужны, и это открытие очень удивило его. Молодые люди взялись за руки и, радостно хохоча, выбежали из комнаты, где неистовствовали шумные посиделки, в темный и пустой холл общаги, обставленный громоздкими, но вполне уютными допотопными диванами.

Они просидели там всю ночь и не могли насмотреться друг на друга. Димина прежняя стеснительность куда-то улетучилась. Он почувствовал, что у него вырастают крылья. Юноше хотелось бесконечно говорить с этой удивительной и нежной девушкой о самом-самом сокровенном.

Наташа, как потом выяснилось, была студенткой престижного факультета журналистики, а ее папа работал каким-то большим начальником в редакции газеты «Известия».