Новая Земля – мир, где люди улыбаются

Ибо только умеющие любить сердцем и никаким другим разумом могут слышать даже и не сказанное, но прозвучавшее от сердца человеческого. Не сказанное, но ждущее своего часа, чтобы досказанным быть и стать сотворённым. Сотворённым умеющими любить, потому что у них есть радость видеть красивое, и у них есть руки, чтобы творить ещё краше. И будет у них воля, чтобы сделать это, потому что Любовь освобождает от всякого страха и делает сильнее любой силы. И будет у них сила и мудрость, чтобы творить живое.

И осветится лицо земли улыбкой, когда осветятся улыбками лица творящих.

И будут улыбки эти ярче радуги, и встретятся они с улыбками тех, кто выше радуги, и не останется на земле места для тёмного, и уйдёт тёмное. И не вернётся уже тёмное, ибо не будет ему места ни на земле, ни над землёю, ни в сердцах человеческих, наполненных Любовью и радостью.

Ты понимаешь, Феофан, о чём тебе говорю?

– Я понимаю теперь и то, почему ты просил Творца дать тебе путь человеческий… Хранитель, а тогда, в лодке ты сказал, что у меня есть крылья… Ты сказал это, чтобы я меньше боялся?

– А разве тебе было страшно, Феофан?

– Очень страшно.

Просто я не подавал виду.

– Да, твой сын, Лёша, объяснил мне, как узнать, настоящий ты мужчина или нет, – улыбнулся Ангел.

– А с чего ты решил, что, придя на землю, родишься мальчиком?

– А с чего ты решил, что я так решил?

– А зачем бы ещё ты тогда заговорил с Лёшей о том, как это узнать?

– Да не спрашивал я у Лёши, он сам мне это рассказал.

А ещё он объяснил, почему Феодора не может сказать тебе то, что ты настоящий мужчина. Кстати, можешь спросить у сына, есть ли у тебя крылья, он точно это знает. И твой сын тоже сильным растёт, хотя ещё мал ростом и худощав, весь в папу.

– Неправда, он в маму, на глаза его посмотри.

– Ладно, согласен, весь в маму ваш Лёша. И скромный такой же, как его папа. А уж философствовать как любит!.. Честно тебе скажу, он меня многому научить успел.

– Значит, родиться тебе мальчиком, я так думаю… Мне нужно идти, Хранитель.

– Да, лети к своей Богом Дарованной и детям, и не забудь спросить у Лёши, есть ли у тебя крылья… Но прежде, прошу, задержись ещё на минутку.

Я никогда и ни о чём не просил тебя, Феофан. Но теперь… Я не могу знать, когда придёт моё время. Время вообще очень интересная штука. Тебе трудно пока даже представить, по каким законам оно живёт, и ты очень удивишься, когда эти законы узнаешь.