Последние слова предателя

После моего провала на казни предателя отца уволили из института мнемонических технологий, лишили звания доктора антропологических наук. Ему было запрещено впредь работать в образовательной системе. Также он лишился золотого уровня доступа. Бронзовый уровень, который отец получил взамен, не позволял даже питаться в ресторанах с эмблемой Солнцеграда и передвигаться на монорельсбусе.

В тот день отец поздно вернулся домой. Он обнял маму и заплакал. Я стоял за дверью в своей комнате, через узкую щелку наблюдал за происходящим.

И тоже плакал.

Отец был очень расстроенным. Его вызывали в департамент штрафной медицины. Тогда я не расслышал для чего. Но позже, уже в годы студенчества, я узнал подробности. Мы с отцом ходили в куртизанскую баню, где я впервые увидел у отца длинный шрам сбоку, под рёбрами.

– Отец, откуда это?

– Помнишь тот день, сынок? – отец сжался, сделался грустным.

– Помню, папа. Помню в деталях. Я помню всё. Всё до мельчайших подробностей.

– Я в тот день вернулся домой поздно. Ты наверное спал уже.

Вернулся из департамента штрафной медицины. У меня… в качестве штрафа… изъяли почку… – отец поджал губы, тяжело сглотнул. – Сказали: для нужд Солнцеграда. Операцию сделали быстро, почку вынули качественно. Наложили косметический шов. Ну ты сам видишь: почти незаметен. – Отец провел рукой по шраму. – С годами только растянулся немного.

– Как же так, папа? Почему ты не написал жалобу в канцелярию Солнцеликого. Это незаконное изъятие. Органы только у «медных» можно изымать.

В тот момент мне впервые стало стыдно.

Во мне пробудилась совесть. Раньше я о ней имел весьма смутное представление. О наличии совести у человека рассказывали на уроках «Духовные рудименты хомосапиенса». Такие понятия как честь, любовь, отвага тоже разбирались на тех уроках.

– Я тогда испугался. Подумал: лучше отдать почку, чем навредить тебе и маме. – Папа растерянно осмотрелся.

– Отец, ну почему ты не написал? Солнцеликий непременно бы разобрался.

– Ладно, сынок, не будем больше об этом.

Лучше посмотри, какая красавица тебя ждёт. – Папа мило улыбнулся и поворотом головы указал на дверной проем, соединявший раздевалку с комнатой сношений. – Первый опыт на всю жизнь запоминается.

В проёме стояла обнаженная очень красивая девушка. Она поманила меня рукой и скрылась за косяком. Я всем телом почувствовал, как во мне пробудилась мужская сила.

– Папа, ты чего? Она же наверняка уйму нулей стоит.

– Люк, сынок, это твой первый опыт. Я не мог иначе.